<p>Вечером</p>Мальчик играл в оловянных солдат,Девочка куклу качала.Этот тысячелетний обрядВесь повторялся сначала.Девочка спела свое: «Ай-люлй»,Мальчик заснул героем.Ветки качались. По небу шлиТучи сомкнутым строем.Глаз не смежая, кукла спала.И на ночном привале,В кучу сбившись у края стола,Стоя солдатики спали.<p id="AutBody_0bookmark31">В ночном</p>Были ветер и дым.Были травы и кони.Совершенством своимКонь подобен иконе.Так же чист его лик,Так же взор его светел.Были луг и тальник,Были травы и ветер.Был костер и казан,Полунощная птица.Конь, луна и цыган.Сны, которым не сбыться.<p>«Путь мой юный, свет мой ранний…»</p>Путь мой юный, свет мой ранний,Долгий свет солнцестояний.Будут дни чуть-чуть короче,Будут чуть длиннее ночи.Будут чуть длиннее ночи,Будут чуть грустнее очи.Чуть грустнее, чуть печальней.Свет мой поздний, путь недальний.<p>«Знаю: дерево это в июне…»</p>Знаю: дерево это в июнеДостигает духовных высот.Как роскошно оно в новолунье,Как сильны его запах и пот!Расстилается лунная пажить,Расплываясь в рассветном дыму.Молча дерево что-нибудь скажет,Молча месяц ответит ему.Друг на друга с улыбкою глянутИ увидят, что скоро рассвет.И тогда уж пернатые грянутУходящему месяцу вслед.<p>Ночная прогулка</p>Ветер звал. Тропа вела.Желтый мед луна пила.Ночь была большой и сильной,Как табун степных коней.Лишь потом полоской синейПрочертилось утро в ней.Посерели небеса.И заплакала роса.В небесах уже мельчалиКучи звездного зерна.И, как сахар в желтом чае,Быстро таяла луна.Ветер звал. Тропа вела.Солнце грызло удила.<p>«Слышно все. В соседней улице…»</p>Слышно все. В соседней улицеПросквозила легковая.Ветер с яблоней целуетсяДо зари, не уставая.Фортка хлопнула. Калитка пискнула.«Скорая» проквакала сиреной.Слышно: с расстояния неблизкого —Крякнул дуб под тяжестью вселенной.Слышно: яблоко, достигнув спелости,С ветки уронилось с мягким стуком.Каждый звук здесь остается в целости,Не соединяясь с прочим звуком.Даже слово медлит на губах,Чтоб не затеряться в разговоре.Главное, что в пятистах шагахМолча страсти сдерживает море.<p>«А иногда в туманном освещенье…»</p>А иногда в туманном освещеньеЕвангельский сюжет изображает клен —Сиянье, золотое облаченьеИ поворот лица, и головы наклон.И, замерев, ты чувствуешь усладуИ с умиленьем ждешь своей судьбы.И ждешь, чтоб месяц засветил лампаду,Чтоб вознести молитвы и мольбы.<p>«Овсяновки, малиновки, щеглы…»</p>
