Горацио, Пилад, Альтшулер, брат,сестра моя, Офелия, Джульетта,что столько лет, играя в маскерад,в угрюмого Альтшулера одета.О, о Альтшулер мой, надеюсь, что при этоми я Горацио, Альтшулер твой, Пилад,и я сестра твоя, одетая в нарядслагателя столь длинного сонета.Взгляни сюда — здесь нету ничего!Мой друг, Офелий мой, смешить тобой легко!Горацио моё, ты — всем живая лесть,но не смущайся: не шучу тобою —где нету ничего, там есть любое,святое ничего там неизбывно есть.
[Май 1968]
<p>" Широкой лавою цветов, своим пахучим изверженьем "</p>Широкой лавою цветов, своим пахучим изверженьемхолм обливается, прервать уже не в силах наслажденье:из каждой поры бьют ключи цветов и Божьей славы;и образ бабочки летит как испаренье этой лавы.
[Май 1968]
<p>СОНЕТ ДУШЕ И ТРУПУ Н. ЗАБОЛОЦКОГО</p>Есть легкий дар, как будто во второйсчастливый раз он повторяет опыт.(Легки и гибки образные тропывысоких рек, что подняты горой!)Однако мне отпущен дар другой:подчас стихи — изнеможенья шепот,и нету сил зарифмовать Европу,не говоря уже, чтоб справиться с игрой.Увы, всегда постыден будет труд:где, хорошея, розаны цветут,где, озвучив дыханием свирелисвоих кларнетов, барабанов, труб,все музицируют — растения и звери,корнями душ разваливая труп!
[Май, вечер, 1968]
<p>" Вторая, третия печаль… "</p>Вторая, третия печаль…Благоуханный дождь с громамипрошел, по-древнему звуча,деревья сделались садами!Какою флейтою зачаттвой голос, дева молодая,вокруг тебя, моя Даная,как весело горит свеча!Люблю тебя, мою жену,Лауру, Хлою, Маргариту,вмещенных в женщину одну.Поедем, женщина, в Тавриду:хоть я люблю Зеленогорск,но ты к лицу пейзажу гор.
[Июнь] 1968
<p>" Вспыхнул жук, самосожженьем "</p>Вспыхнул жук, самосожженьемкончив в собственном луче.Длинной мысли продолженьемразгибается ручей.Пахнет девочка сиреньюи летает за собой,полетав среди деревьев,обе стали голубой.Кто расскажет, как он умер?Дева спит не голубой.В небесах стоит Альтшулерв виде ангела с трубой.
[Лето] 1968
<p>" Альтшулер, мой голубчик голубой "</p>Альтшулер, мой голубчик голубой,ты надо мной поплачь, я над тобой.Спаси меня, и я тогда спасутвои печали и твою красу.Я в городе в чужом, в чужом дожде,я в нем ищу тебя, хоть нет тебя нигде,нет оттого, что как-то за трубойты слился с небом, столь ты голубой.
