Вторая книга «Лазурное видение» Серковой Милетты мало отличается по тематике от первой. В безграничном океане поэзии и прозы, с их разнообразием жанров, лирика, воспевающая радости жизни, с её грустью и надеждой, занимает далеко не последнее место. В соответствии со своим эстетическим восприятием мира, она стремится придать словесным, иногда прерывистым, неровным ритмам экзотику, красочность, романтизм воображения.
В стихах и рассказах М. Серкова раскрывает душевную дисгармонию, разочарование, навеянное жизненными ситуациями, после которых наступает просветленное умиротворение. Но и оно не снимает тревоги, и вместо чеканных строк, выдержанных в канонах классического русского стихосложения, появляются эллиптические фразы, нелитературные, чисто разговорные слова и выражения. Это связано с преломлением чувств, ибо они вырастают из непосредственного опыта эмоциональной жизни автора, вдруг появляются удивительные музыкальные строки, от начала до конца выдержанные в правилах классического стихосложения.
В рассказах поэтессы просматриваются черты нашего времени. Она пытается через свой небольшой опыт раскрыть внутренний мир современника. У М. Серковой устремление ощущать закономерности движения общества вообще и России, в частности, предчувствовать её повороты и взлеты. В небольших новеллах «Утро», «Спасение», «Призвание», «Не умирай», «Дремота», «Спасаясь гибнуть», «Последняя радость бытия» ощущается авторское присутствие. Её сочувствие к людям – высшая мера авторской оценки описываемых событий. Новеллы Серковой – это психологические этюды, основанные на личном душевном опыте и окрашенные неповторимым светом добра к своим персонажам. Новеллы ее антиромантичы и по сюжету почти никогда не бывают острыми, скорее грустными и трагичными. М. Серковой больше по душе точность в обрисовке действительности, трезвость взгляда на жизнь, достоверность в изображении страстей и душевных движений.
Читая новеллы Серковой, замечаешь, что она сдерживает свои мысли и чувства, не стремится обнажать их, не решается высказать их вслух, а если и откровенничает, то эти мысли составляют очень небольшую и не ясную для нас их часть. Реализовать себя, означает совершить титаническое усилие над самим собой. Только ценой риска полного уничтожения (как Л. Н. Толстой, Ж. Ж. Руссо в их исповедальности), вырывая себя с корнем из бытия, можно стать настоящим писателем.
Недавно мне подарили три книги, авторами которых является прозаик Валерий Мартынов повести «Свиль», роман «Единица деленная», цикл рассказов «Мещанские сказы», и поэтесса Людмила Ефремова, написавшая прозаическую книгу «Картина за спиной».
В своих прозаических произведениях они по существу пишут об одном и том же и отражают события, совпадающие по времени.
Речь идет об освоении Севера Тюменской области, или ещё точнее, о людях, трудившихся не один десяток лет и живших со дня становления и развития города Надыма. Путём такой ретроспекции авторы не только посвящают читателей в тайны своих героев, но и своеобразно воссоздают через совокупность частных судеб и индивидуальных конфликтов историю освоения Севера. Композиционный принцип, лежащий в основе их повестей, рассказов, можно назвать принципом особого времени.
Работа на Севере в экстремальных условиях оставляет впечатление от пережитого на всю оставшуюся жизнь. В этих условиях происходит надлом, уход от привычных будней, суеты, сброс всей наносной чужеродной защитной оболочки (пыли) на душе, человека. Процессы социальной и духовной жизни, связанные с освоением нефтяных и газовых месторождений, авторы выразили через особые формы описаний событий, не побоюсь пафосно сказать, героического времени. Они идентифицировали себя полностью с первопроходцами, осваивающими северные просторы. Грандиозные масштабы свершений романтически окрашивают неприглядную серую действительность В. Мартынов и Л. Ефремова по-разному без всяких красивостей, голосом совести и описывают человеческие слабости и относятся к ним без непримиримой требовательности и педантизма.
