Избранное. Том второй полностью

Маша. Спасибо, Матвей. Но лучше не стреляй... пока. (Заглядывает из-за его спины.) Как здорово! Даже не верится, что можно рисовать так быстро и так хорошо.

Матвей. Я всегда рисую быстро. Потому что всё меняется. Горы голубые, а потом вдруг – зелёные или синие... Лес тоже: то золотой, то чёрный или белый. Надо успевать. Иногда я долго рисую: день, два. А береста сгорает быстро. И снег тает быстро. Вместе с рисунками.

Маша (огорчившись). А я воображала, что чуть ли не художница. По сравнению с тобой я просто бездарна. Нет, мне не стоит браться за кисть. (Убежала в школу и тотчас вернулась оттуда с красками, с этюдником.) Это тебе, Матвей. Бери, рисуй. Может, станешь большим художником. Ты должен стать им, Матвей. Поедешь когда-нибудь в город, будешь учиться рисовать.

Матвей. Зачем? Я умею. Сама же сказала, что умею.

Маша. Умеешь. Но есть люди, которые делают это лучше тебя. Вот ты охотник. Умелый охотник. И тебе обидно, когда кто-то добывает белок или соболя больше, чем ты. Верно?

Матвей. Больше, чем я, не добывает никто.

Маша. Вот и рисовать научись так, чтобы никто... понимаешь? – никто не мог нарисовать тайгу и эти горы лучше тебя.

Матвей. Лучше меня никто в стойбище не рисует. Я первый.

Маша. А там, далеко, в Тюмени или в Москве... там есть люди, которые рисуют лучше тебя.

Матвей. Это плохо. (Поразмыслив.) Как же я поеду туда? Там нет ни гор, ни тайги, ни тундры... Там и тебя не будет, белочка, нет, я не поеду.

Маша. Но ты же вернёшься, Матвей. Выучишься и вернёшься.

Матвей. А ты не уедешь отсюда?

Маша. Нет. (Твёрдо.) Нет, теперь я знаю, что не уеду.

Матвей. Ладно. Посылай. Я согласен.

Маша. Обязательно пошлю. Завтра же напишу в окружком и попрошу у них направление для тебя. А пока помоги мне, Матвей. Я ничего не смогу без твоей помощи.

Матвей. Говори. Я всё сделаю.

Маша. В наших чумах много грязи. Люди неопрятны, немыты. Едят что попало. Нужно приучить их к горячей пище, к чистоте, к зубному порошку...

Матвей(морщась). К порошку? Я ел его в больнице. Не знал, что им чистят зубы.

Маша. Теперь знаешь, и ты для меня просто незаменимый человек. С кого же мы начнём, Матвей?

Матвей. Давай хоть с Анфисы. Она сделает всё, что я ей велю. (Ведёт её к чуму Салиндеров.)

В чуме.

Анфиса вышивает лягушку (национальная женская одежда).

Увидав Матвея, радостно вскочила.

Анфиса (воркующе). Матвей-я! Ой, как давно не бывал! (Увидав Машу за его спиной, вытолкнула, задёрнула нюк – входное отверстие).

Матвей (отдёрнув полог, впустил девушку в чум). Кипяток есть, Анфиса?

Анфиса. Хочешь чаю, Матвей-я?

Матвей. Не-ет. Голова зубит шибко. Надо помыть голову.

Анфиса. Кипятку нет. Только чай. Заварила недавно.

Матвей. Можно и чаем. Ещё лучше. (Оглядывает жилище Салиндеров.) Как тут грязно у вас! Будто в загоне.

Анфиса. Всегда так было. Только раньше ты этого не замечал.

Матвей. То раньше, а то теперь. (Начинает прибирать.)

Анфиса (наливает воду в тазик). Ой, Матвейка! Не надо! Я со стыда умру! Разве мужское это дело? Сядь, сама приберу.

Маша. Вы наливайте, Анфиса. Уборкой я займусь. Веничка у вас не найдётся?

Анфиса. Веничка? Кто такой веничек?

Маша. Ну, метёлка... из берёзовых веток.

Анфиса. Веток в лесу полно. Зачем ветки в чуме, когда их в лесу полно?

Маша (выходит, вскоре возвращается с пучком лиственных веток). Можно в конце концов и этими. (Метёт.)

Матвей(намыливает голову). Сава! Ах, сава, Анфиса!

Анфиса(озабоченно). Не студёно голове, Матвей-я?

Матвей. Голова моя радуется.

Анфиса. Пускай и моя порадуется вместе с твоей. (Окунает голову в тот же таз.)

Маша. Вы намыльте волосы-то, намыльте! (Помогает ей.)

Анфиса(сердится). Не тронь. Ты чужая. Не тронь! Матвейка намылит.

Матвей(ворчливо). Я бы шею тебе намылил... Зачем Марью Васильевну обижаешь?

Анфиса(испуганно). Не буду, Матвей-я. Если не хочешь, сама намылю.

Матвей (намыливая ей голову). Так-то лучше. Мой давай. Смывай мыло. Всех леммингов в волосах выводи. (Помогает. Сам же, закончив мыть голову, садится на шкуры и надевает на мокрую голову капюшон.)

Маша. Капюшон-то на мокрую голову разве можно? Просуши её сначала. Или – ещё лучше – вытри.