ЗАБРАТЬ У НАС СИЛУ???
нет, это мы ослабим вас
Слоан проснулась на следующее утро и, вздрогнув, сунула руку под подушку. Там лежали ножницы, которые она положила туда перед сном. Она понимала, что вряд ли ножницы помогут ей при встрече с могущественными волшебниками или с ходячими мертвецами – как заметил Мокс, когда увидел, как она захватила их с собой, – но она терпеть не могла оставаться без какого-либо оружия.
Зива сидела на корточках у ее кровати. Она посмотрела своими выпученными глазами на ножницы и фыркнула, обозначая смех.
– Банальная скучная девочка, попавшая в магический мир, – прохрипела Зива. – Ты собираешься делать мне маникюр?
– В прошлый раз ты недооценила мою находчивость и в итоге прошляпила меня, – ответила Слоан. – Помнишь?
Зива снова присела на корточки, опять фыркнув, но уже раздраженно.
– Консул велел передать тебе вот это, – сказала она и протянула Слоан стопку одежды. Казалось, что это были вещи Мокса, а это значило, что брюки по длине ей будут как раз впору. – А также предупредить тебя, что если ты захочешь помыться, то в его ванной комнате есть мыло и кувшин воды. Ваш поезд отправляется через два часа.
– Консул? – спросила Слоан.
Зива кивнула:
– А ты думаешь, что мы зовем его «Воскреситель»?
– Ну, я думала, может быть, вы его называете по имени.
Зива фыркнула, но не носом, а всосав язык сквозь зубы. Ей пришлось взяться обеими руками за ногу и подвигать ею, чтобы встать, а затем она встряхнула другим коленом, чтобы оно тоже выпрямилось. Слоан подумала, а не приходится ли солдатам армии Воскресителя смазывать суставы маслом, как Железному Дровосеку из «Волшебника Страны Оз».
Зажав одежду под мышкой, Слоан прошла сквозь комнату Мокса в ванную. Прошлой ночью она отнесла стопку белья подальше от того места, где размещалась армия, нашла угол под лестницей, чтобы в случае необходимости у нее была возможность сбежать. Она долго не могла уснуть, и не только из-за странного места, в котором она оказалась, и не потому, что слова Мокса, сказанные им накануне, все никак не могли выйти у нее из головы, но из-за чувства вины. Ей было стыдно, что она бросила Мэтта и Эстер прямо посередине миссии, ничего не объяснив. С тех пор как они прибыли на Дженетрикс, она доставила им немало разочарования. И если после всего этого они прекратят общаться с ней, то она не будет винить их за это.
Но ей слишком хотелось узнать правду. Чтение документов АИСЯ если и было полезным для нее, то только в одном. Она поняла, что слишком много раз в своей жизни выполняла задания, совершенно не зная всего, что нужно было знать. Она поняла, что никогда в жизни так и не сделала ни одного осознанного выбора. Берт воспользовался смелостью и пылкостью ее юного ума, Нерон с Аелией намеревались сделать то же самое.
Слоан сделает все, чтобы не допустить этого снова.
Когда она зашла в комнату, Мокса не было, за что она была ему благодарна. Она разделась в ванной, поставила рядом кувшин с водой и помылась как могла, постоянно дрожа от холода. Брюки Мокса были слишком длинные, поэтому она надела свои и закатала рукава его рубашки по локоть. Он вошел, когда Слоан уже заплетала волосы. На его руке был зеленый сифон, тот самый, который она увидела на нем в их первую встречу.
На секунду они замерли, смотря в глаза друг другу. Слоан даже не отняла руки от волос, а потом резко отвернулась обратно к зеркалу.
– Я так полагаю, ты не беспокоишься о том, что тебя узнают на улице.
– Ага, – ответил он. – Единицы знают меня в лицо, включая
Именно так она могла бы сказать о Темном. Когда они были вдвоем с Алби, рядом с ними будто всегда был еще один человек, имя которого не произносилось вслух, но оба они знали, о ком идет речь.
– В пророчестве о судном дне на Дженетриксе речь идет о противостоянии двух личностей? – спросила Слоан. – Один Избранный, другой… злой?
– Если предположить, что Дженетрикс это поле битвы, то на нем столкнулись два человека, – голос Мокса звучал отстраненно.
Она кивнула.
– И ты думаешь, что Нерон один из них. Темный.
– Так вы называете своего отрицательного персонажа?
Она вспомнила его, его восковое лицо, скривившееся от удовольствия, когда он предложил ей выбрать. Выбрать саму себя или Алби. Один ужас или другой.
Она с трудом сглотнула.
– Да.
– Тогда мне кажется, что это он и есть.
Слоан закончила заплетать косичку и завязала ее лентой, которая была у нее на запястье. Она завязала ее так туго, что когда двигала головой, у нее на затылке натягивалась кожа.
– Вот, – Мокс подошел к маленькому столику, за которым она накануне вечером проглотила банку холодного супа. Он держал в руке другой свой сифон. Он был такой же толщины, что и сифон на нем, но более гибкий, сделанный из маленьких черных пластинок, похожих на рыбью чешую. Он свистнул, и все пластины пришли в напряжение, словно он послал через них электрический разряд. Он протянул сифон ей.
– Я знаю, что ты не можешь им пользоваться, – произнес он. – Но в таком городе, как Чикаго, без сифона ты привлекаешь к себе лишнее внимание.
