{306} Но, может быть, я переложу эту задачу на Музыкальную студию, где поставлю «Бориса Годунова» Мусоргского, который там очень хорошо расходится.
А в МХТ поставлю другую из имеющихся задач — разрешение Островского или русская комедия.
Об этом обо всем будут телеграммы…
Организация…
Вот в каком положении дело сейчас… На днях покончу с сомнениями и протелеграфирую…
Первую студию телеграмма с двойственностью о доверии вспугнула. Перед этим
Леонидов (Л. М.) пишет Дм. Ивановичу[636], что как бы 1‑я Студия не съела стариков, а 1‑я Студия боится, как бы старики не съели ее.
В конце концов решено окончательно, что 1‑я Студия отделяется. То есть, не только не разрывает с МХТ, но даже находится в зависимости, но по репертуару, труппе и пр. и пр. совершенно самостоятельна.
Новый театр передается МХТ в моем лице. (Это почти кончено. С отставкой Малиновской.) Он передается, стало быть, мною 1‑й Студии, при чем три спектакля в две недели и одно утро будут заняты для К. О. на известных условиях.
1‑я Студия перестает быть студией МХТ и фактически и номинально. Она будет именоваться по-новому… Как, — еще не решили.
Как же быть МХТ?
Правда, сами старики «мечтают» об обособлении. Но я этого практически никак не могу понять. Даже для «Ревизора» надо, кроме Чехова, — за Готовцева, Добчинский, гости…[637] И в других пьесах, и в особенности в новых — нужна молодежь.
Когда я тут в ряде заседаний перебирал разные формы реорганизации, один из важнейших студийцев сказал:
{307} — А зачем Вам, Вл. Ив., менять настоящее? Оставьте, как есть.
«Да, — подумал я, — конечно, это настоящее — лучшее для 1‑й Студии, видящей возрождение МХТ через нее и только через нее. Без стариков, за исключением двух-трех. Все молодое, мол, все равно потянется к ней, к 1‑й Студии. Если же произвести умную реорганизацию, отделить 1‑ю Студию, то может начаться круг около стариков, около МХТ».
Нет, честолюбие директора толкает меня на новую организацию МХТ.
Все перебрав, даже пробеседовав с 3‑й Студией о соединении с МХТ, — я останавливаюсь на таком плане:
За 1‑й Студией отсекается 4‑я. Тоже получает особое наименование (уже даже без клички МХТ).
Затем постараюсь взять 4 – 5 даровитых из 3‑й Студии (Завадский уже предложил себя в труппу МХТ) и отсеку совсем 3‑ю Студию.
И поставлю 2‑ю Студию на место прежней Первой То есть всех недостающих исполнителей возьму из 2‑й Студии. Самое ее сокращу до minimum’а даровитых людей. В помещении 2‑й Студии будет четыре спектакля студийных, а два или один —
Таким образом три группы, — каждая сокращенная, — сольются: 1) МХТ стариков, 2) К. О. и 3) 2‑я Студия. Спектакли в Проезде Художественного театра (6 вечерних и 1 утренний), во 2‑й Студии (1 – 2 и студийные) и в Новом театре (2 в неделю К. О.). Материальное слияние, может быть, пока будет несколько запутанное, так как будет смешанное, то есть частью общее, частью сепаратное, чтобы одна группа не висела на шее у другой.
Мне очень хочется втянуть несколько лиц из 3‑й Студии, чтобы оживить и студийные работы (новые) МХТ. Но не знаю, удастся ли это мне.
К. О. очень трудно сливать совсем с драмой. Очень разные органически по искусству. И, пожалуй, чем больше К. О. будет становиться серьезной оперой, тем труднее будет слияние. Но возможно, что в первое время, когда у МХТ мал репертуар, {308} когда трудно иметь хор и оркестр (то есть не стоит иметь в двойном размере), — может быть, сначала есть расчет. Из К. О. собираюсь сделать основную группу, остальные будут хор, сотрудники и т. д.
Нет никакой физической возможности заниматься мне одному всем этим! Ведь у меня буквально никого нет для приготовления будущего. Был Берсенев или Сушкевич — теперь, с разделением, их нет. А надо перебирать распределение ролей по пьесам, пьесы, студийцев и т. д. и т. д.
На днях поэтому к себе в ближайшие помощники я взял
Телеграмма
(черновой текст)
