Одни верхушки, как известно,Достались нам от стран чужих.И что же делать? Стало тесноНам в гранях, ими отлитых.Мы переходим эти грани,Но не уставши, как они:От их борьбы, от их страданийМы взяли следствие одни.И русский ум понять не может,Что их и мучит, и тревожит,Чего им рушить слишком жаль…Ему, стоящему на гранях,С желаньем жизни, с мощью в дланях,Ясней неведомая даль,И видит он орлиным окомВ своём грядущем недалекомМету совсем иной борьбы —Иракла новые столбы.3Теперь же — зритель равнодушныйПаденья старых пирамид —С зевотой праздною и скучнойНа мир с просонья он глядит,Как сидень Муромец, от скукиЛежит да ждёт, сложивши руки…Зачем лежит? чего он ждёт?То знает бог… Он воззовётК работе спящий дух народа,Когда урочный час придёт!Недаром царственного родаСкалы недвижней в нём оплот…Недаром бдят неспящим окомНад ним преемники Петра! —Придёт та славная пора,Когда в их подвиге высокомЗаветы господа поймётИзбранный господом народ!4И пусть покамест он зевает,В затылке роется подчас,Хандрит, лениво протираетСпросонья пару мутных глаз.Так много сил под ленью празднойЗатаено, как клад, лежит,И в той хандре однообразнойЗалог грядущего сокрыт,И в песни грустно-полусонной,Ленивой, вялой, монотоннойПорыв размашисто-живойСверкает молнией порой.То жажда лесу, вольной воли,Размеров новых бытия —Та песнь, о родина моя,Предчувствие великой доли!..Проснёшься ты, — твой час пробьёт,Избранный господом народ!5С тебя спадут оковы лени,Сонливость праздной пустоты;Вождём племён и поколенийК высокой цели встанешь ты.И просияет светом око,Зане, кто зрак раба принял,Тебя над царствами высоко,О Русь, поставить предызбрал.И воспарит орёл державный,. . . . . . . . . . . . . . .6Но в срок великого призванья,Всё так же степь свою любя,Ты помянешь, народ избранья,Хандру, вскормившую тебя,Как нянька старая, бывало…Ты скажешь: «Добрая хандраЗа мною по пятам бежала,Гнала, бывало со двораВ цыганский табор, в степь роднуюИль в европейский Вавилон,Размыкать грусть-кручину злую,Рассеять неотвязный сон».Тогда тебе хандры старинной,Быть может, будет даже жаль —Так степняка берёт печальПо стороне своей пустынной;Так первый я — люблю хандруИ, вероятно, с ней умру.7
