Провера при помощи лодки связался по озеру с Мантуей и согласовал с ней свои действия на следующий день. 16-го на рассвете Вурмзер с гарнизоном сделал вылазку и занял позицию у Фавориты. В 1 час утра Наполеон расположил генерала Виктора с четырьмя полками, которые он привел, между Фаворита и Сен-Жоржем, чтобы помешать соединению гарнизона Мантуи с армией, подошедшей на выручку. На рассвете Серюрье с блокирующими войсками атаковал гарнизон, а дивизия Виктора — армию Провера. В этом сражении 57-я полубригада заслужила название Грозной: она бросилась в штыки на линию австрийцев и опрокинула все, что пыталось ей сопротивляться. В 2 часа пополудни, после того как гарнизон был отброшен в крепость, Провера капитулировал и сложил оружие. Много знамен, обозов, несколько парков и 6000 пленных, из них несколько генералов, попало в руки победителя. В продолжение этого же времени арьергард, оставленный Провера на р. Молинелла, был атакован генералом Пуэн из дивизии Ожеро, разбит и взят в плен. Из корпуса Провера уцелели только 2000 человек, оставшихся по ту сторону Адидже. Все остальные были взяты в плен или перебиты. Это сражение было названо сражением у Фаворита, по названию дворца герцога Мантуи, находившегося близ поля сражения.
У Риволи Жубер весь день 15-го теснил Альвинци и прибыл так быстро к Брентинскому ущелью, что 6000 человек были им отрезаны и взяты в плен. Мюрат с двумя батальонами легких войск обошел Корону на судах по оз. Гарда. Альвинци едва успел ускользнуть. Жубер направился на Триент и занял старые позиции на р. Авинчио. В различных рекогносцировках он захватил около 1000 пленных. Генерал Ожеро пошел в Кастельфранко и оттуда к Тревизе. Ему тоже пришлось выдержать несколько мелких стычек. Массена занял Бассано и расположил свои аванпосты на Пьяве. В двух авангардных боях он взял 1200 пленных.
Австрийские войска переправились обратно за р. Пьяве.
Снега занесли все ущелья Тироля, и это была самая большая преграда, которую Жубер должен был преодолеть. Французская пехота восторжествовала над всем. Жубер вступил в Триент и занял Итальянский Тироль. Он захватил всех австрийских больных и много складов. Армия заняла те же позиции, что и перед Аркольским сражением.
Трофеями, взятыми в течение января в различных боях, были: 25 000 пленных, 24 знамени и штандарта и 60 орудий. Потери противника были не меньше 35 000 человек. Бессьер повез в Париж знамена. Пленные были в таком большом количестве, что причиняли затруднения. Многие из них бежали с дороги через Швейцарию. Для этого была создана специальная организация. Между тем генерал Рей эскортировал их с конвоем в 4000 человек.
В ознаменование заслуг, оказанных в стольких сражениях генералом Массена, император впоследствии дал ему титул герцога Риволийского.
Давно уже гарнизон Мантуи был на половинном пайке; лошади были съедены. Вурмзеру дали знать о результатах Риволийского сражения, и ему не на что было больше надеяться. Потребовали, чтобы он сдался. Он гордо ответил, что у него продовольствия хватит на год. Однако несколько дней спустя его первый адъютант Кленау прибыл в главную квартиру Серюрье. Он уверял, что у гарнизона имеется продовольствия еще на три месяца, но фельдмаршал, считая, что Австрия не сможет вовремя выручить крепость, будет сообразовывать свои действия с условиями, какие ему предложат. Серюрье ответил, что он запросит об этом главнокомандующего. Наполеон отправился в Ровербеллу и присутствовал инкогнито при разговоре между двумя генералами, закутавшись в свой плащ. Кленау, приведя все обычные доказательства, долго разглагольствовал о больших средствах, остающихся у Вурмзера, и о большом количестве продовольственных припасов, которые имеются у него в запасных складах. Главнокомандующий приблизился к столу, взял перо и на полях предложений Вурмзера писал приблизительно в течение получаса свои решения, пока дискуссия с Серюрье все еще продолжалась. Окончив, он сказал Кленау: «Если бы Вурмзер заговорил о сдаче, имея продовольствия на восемнадцать или на двадцать дней, он не был бы достоин почетной капитуляции, но я уважаю возраст, храбрость и несчастья фельдмаршала. Вот условия, какие я ему предлагаю, если он откроет завтра ворота крепости. Если он задержит сдачу на полмесяца, на месяц, на два месяца, условия для него остаются те же самые. Он может выжидать до последнего куска хлеба. Я немедленно выступаю за По и двинусь на Рим. Вы узнали мои намерения. Передайте их своему главнокомандующему».
