АЛЕКСАНДРУ ПЕТРОВИЧУ СУМАРОКОВУО ты, при токах Иппокрены,Парнасский сладостный певец,Друг Талии и Мельпомены,Театра русского отец,Изобличитель злых пороков,Расин полночный, Сумароков!Твоей прелестной глас свирели,Твоей приятной лиры гласМоею мыслью овладели,Пути являя на Парнас:Твоим согласием пленяясь,Пою и я, воспламеняясь.И се твоим приятным тономИ жаром собственным влеком,Спознался я со АполлономИ музам сделался знаком;К Парнасу путь уже мне сведом,Твоим к нему иду я следом.И так, как тихому зефиру,Тебе вослед всегда лечу,Тобой настроенную лируЯ худо строить не хочу;Всегда мне вкус один приятен,Который важен, чист и внятен.Но вкусы всех воспеть не можно,Они различны у людей:Прадон предпочитаем ложноРасину «Федрой» был своей;Но что? Прадонов вкус скончался,Расин победой увенчался.Не пышность — во стихах приятство;Приятство в оных — чистота,Не гром, но разума богатствоИ важны речи — красота.Слог должен быть и чист, и ясен:Сей вкус с природою согласен.Я стану слог распоряжатиВсегда по вкусу одномуИ тем природе подражати,Тебе и здравому уму.Случайны вкусы все суть ломкиИ не дойдут они в потомки.<1776>