Нельзя дивиться, что была Под игом Росская держава И долго паки не цвела, Когда ея упала слава; Вить не было тогда Сего великого в Европе царства, И завсегда Была враждаУ множества князей едина государства. Я это в притче подтвержу, Которую теперь скажу,Что россов та была падения причина — Была пучком завязана лучина; Колико руки ни томить, Нельзя пучка переломить,Как россы, так она рассыпалась подобно,И стало изломать лучину всю удобно.
Жив праздности в уделе, И в день ни во един Не упражнялся в деле Какой-то молодой и глупый господин.Гораздо, кажется, там качества упруги,Где нет отечеству ни малыя услуги. На что родится человек,Когда проводит он во тунеядстве век?Он член ли общества? Моя на это справка, Внесенная во протокол: Не член он тела — бородавка;Не древо в роще он, но иссушенный кол; Не человек, но вол, Которого не жарят,И бог то ведает, за что его боярят. Мне мнится, без причин К таким прилог и чин. Могу ль я чтить урода, Которого природа Произвела ослом?Не знаю, для чего щадит таких и гром,Такой и мыслию до дел не достигает, Единой праздности он друг,Но ту свою вину на Время возлагает,Он только говорит: сегодня недосуг.А что ему дела во тунеядстве бремя, На Время он вину кладет,Болтая: Времени ему ко делу нет.Пришло к нему часу в десятом Время; Он спит, Храпит, Приему Время не находит И прочь отходит.В одиннадцать часов пьет чай, табак курит И ничего не говорит.Так Времени его способный час неведом.В двенадцать он часов пирует за обедом, Потом он спит, Опять храпит.А под вечер, болван, он, сидя, убирает — Не мысли, волосы приводит в лад, И в сонмищи публичны едет, гад, И после в карты проиграет. Несчастлив этот град,Где всякий день почти и клоб и маскерад.
Едва прохожий Бурю сносит И Зевса тако просит: «Ты больше всех богов, Зевес,Уйми ты ярости прогневанных небес!Гремит ужасный гром и молния блистает,Во мрачных облаках по сфере всей летает,А мрак, дожди и град на землю низметает, А из земных исшедший недр Шумит, ревет повсюду ветр.Иль буду я в сей день судьбине злой ловитва?» Пренебрегается молитва,И глас его сей пуст и празден небесам.Что делает Зевес, то ведает он сам.Разбойник в оный час в кустах от Бури скрылсяИ будто в хижину подземную зарылся,Но, видя из куста Прохожего в пути,Не может он никак на добычу нейти,Не помня святости, он мысль имеет смелу,И на Прохожего напряг он остру стрелу, Пустил; но сей удар погиб, — Ее противный ветр отшиб.Без Бури бы душа Прохожего из тела, Конечно, в воздух полетела.