Семью годами позже преподобный мистер Каммингс, хорошо известный в тех краях баптистский пастор, проезжал ночью мимо фермы Бейкера. Было не так уж темно; сквозь нависший над землей легкий туман пробивался лунный свет. Мистер Каммингс, человек весьма жизнерадостный, насвистывал какой-то мотив, лишь изредка прерываясь для того, чтобы подбодрить лошадку ласковым словом. Подъехав к мостику через сухой овраг, он вдруг увидел на нем фигуру человека - она четко вырисовывалась на сером фоне туманного леса. На спине незнакомец нес мешок с поклажей, в руке держал большую палку - он явно был странствующим торговцем. В его позе проглядывала некая отрешенность, как у лунатика. Поравнявшись с ним, мистер Каммингс придержал лошадь, дружелюбно приветствовал его и предложил подвезти - мол, милости прошу, если вам со мной по дороге. Незнакомец поднял голову, взглянул ему прямо в лицо, но не проронил ни слова и не двинулся с места. С добродушной настойчивостью пастор повторил приглашение. Тут коробейник выбросил вперед правую руку и указал куда-то вниз, за край моста, на котором стоял. Следуя направлению руки, мистер Каммингс опустил взгляд в овраг и, не увидев там ничего особенного, вновь посмотрел туда, где стоял незнакомец. Его уже не было. Лошадь, которая все это время вела себя беспокойно, в ужасе всхрапнула и понесла. Прежде чем пастор сумел с ней совладать, они успели проехать шагов сто и были уже на вершине холма. Он оглянулся - прежняя фигура опять стояла на том же месте и в том же положении. Тут только души его коснулся страх перед сверхъестественным, и он поехал домой со всей быстротой, на какую была способна его напуганная лошадь.
Он рассказал домашним о своем приключении и рано утром в сопровождении двоих соседей - Джона Уайта Корвелла и Эбнера Рейзера - вернулся к оврагу. Там он увидел труп старика Бейкера, висевший на веревке, привязанной к одной из балок моста в точности под тем местом, где ночью стояла странная фигура. Настил моста был покрыт толстым слоем пыли, слегка увлажненной ночной росой, но никаких следов, кроме как от повозки и лошади мистера Каммингса, на нем видно не было.
Когда они, стоя на склоне оврага, снимали тело, рыхлая земля у них под ногами начала осыпаться, и глазам их открылись человеческие останки, которые благодаря воздействию талых вод лежали уже почти на поверхности. В них опознали труп пропавшего без вести торговца. В ходе двойного расследования коллегия присяжных при коронере постановила, что Дэниел Бейкер покончил с собой вследствие внезапного помешательства, а Сэмюел Морриц был убит лицом или лицами, суду не известными.
БЕСПРОВОЛОЧНАЯ СВЯЗЬ
Летом 1896 года Уильям Холт, богатый фабрикант из Чикаго, временно проживал в центре штата Нью-Йорк в маленьком городке, название которого пишущий эти строки не запомнил. Годом раньше Холт разъехался с женой, с которой у него вышли нелады. Было ли это просто несходство характеров или нечто более серьезное, знает сейчас, вероятно, один Холт, а он не страдает пороком излишней откровенности. Но то, о чем пойдет речь дальше, он рассказал по крайней мере одному человеку, не взяв с него обещания держать язык за зубами. Сейчас Холт живет в Европе.
Однажды вечером он вышел из дома своего брата, где гостил, и отправился на прогулку. Можно предположить - хотя трудно сказать, существенно ли это для понимания случившегося, - что он был погружен в тягостные размышления о своих домашних неурядицах и о том плачевном положении, в какое он из-за них попал. Чем бы ни были заняты его мысли, он так глубоко задумался, что потерял представление о времени, о том, где он находится и куда идет; он только чувствовал, что городок остался далеко позади и что дорога, совсем не похожая на ту, по которой он шел вначале, завела его в совершенно безлюдные места. Словом, он заблудился.
Поняв свою оплошность, он улыбнулся - ведь центральную часть штата НьюЙорк не назовешь краем головорезов, да и заблудиться всерьез здесь невозможно. Он повернул и двинулся вспять той же дорогой. Спустя некоторое время он обнаружил, что ему стало легче различать детали ландшафта становилось светлее. Повсюду разливалось мягкое красноватое свечение, и на дороге впереди себя он увидел собственную тень. "Луна восходит", - решил он. Но потом вспомнил, что как раз настало новолуние и что если своенравное светило уже вошло в один из периодов видимости, оно давно должно было спрятаться за горизонт. Он остановился и обернулся, пытаясь найти источник быстро усиливавшегося свечения. Но тень переместилась и, как прежде, распласталась на дороге у него перед глазами. Свет снова шел из-за спины. Это было очень странно - он недоумевал. Он поворачивался туда и сюда, но тень все время двигалась, оставаясь впереди, а свет лился сзади - "ровный, зловещий багрянец".
