– Взялись здорово,– сказал черный мужик в длинной
рубахе.– Кирюха, подождал бы сваи-то ставить,– прибавил он,
обращаясь к шустрому мужичку, который, сняв только портки и
замочив рубаху до пояса, лазил в воде, принимая бревна,
которые спихивали к нему с берега.
– Чего ждать-то? – спрашивал Кирюха, поправляя мокрой
рукой наехавший на глаза картуз.
– Чего... что ж, у тебя свай-то только ведь до половины реки
хватит, пущай остальные тринадцать бревен привезут, тогда и
ставь заодно все подряд.
– Ни черта, покамест их привезут, а у меня уж полмоста
будет готово.
– Да как же насчет этих тринадцати-то? – спрашивал кто-
нибудь.– Надо бы привезти их.
– Вот воскресенье придет, тогда всей деревней и поедем.
– Да что же там всей деревней делать. Там подвод шесть
надо, не больше. Шесть человек отрядить, вот и все.
– А что, за них плата какая-нибудь будет?
– Платы никакой, потому что все израсходовали прошлый
раз. Да уж кажется и совестно плату спрашивать: и так для себя
же возили, и нам же за провоз заплатили. Дальше иттить некуда.
Что ж, тринадцать штук не можем бесплатно для себя привезти?
– Это конечно. Что говорить.
– Ну, вот и поезжай,– крикнул Кирюха из воды.
– Я-то поеду, я не отказываюсь, а мне еще пять человек
давайте. Что ж я один буду возить. Вот поедем со мной, что ты
там в воде-то все чупахтаешься?
– Я дело делаю, а не чупахтаюсь.
И как только заходил вопрос о том, кому ехать, так все
оказывались необыкновенно заняты: кто стучал топором, не
разгибая спины, кто натягивал набеленный мелом шнурок и
щелкал им по бревнам, кто забивал сваи в воде.
– Я бы поехал,– говорил кто-нибудь, поднимая голову от
бревна, которое он тесал,– да у меня кобыла брюхатая, где ж ей
бревна таскать. А ведь их пропереть пять верст – тоже штука не
легкая.
– И черт их знает, как они остались? Почему их в один раз-то
не захватили?
336
– Почему не захватили – потому что не поместились на
подводы.
– Прямо, ей-богу, досада. Какой-нибудь пустяк, а глядишь,
все дело задержит.
– Ничего не задержит, привезет кто-нибудь.
Но каждый старался не очень говорить о них, чтобы ему не
сказали: «Кричишь больше всех, давно бы уж перевозил их».
И поэтому больше делали вид, что все в порядке, бревна
пока что не нужны.
А Кирюха уже догнал мост до половины.
– Бревна давайте, сваи ставить надо,– кричал он.
– Откуда ж мы тебе их возьмем,– отвечали с берега,– делай
там еще что-нибудь. А завтра привезем.
– Все уж сделано давно.
Он вылез из воды вместе с своими подручными, надел
портки и сказал:
– Наше дело кончено, пойдем похлебку хлебать, а когда
бревна привезете, тогда кликните.
И, вскинув пиджаки на плечи, пошли к деревне. Все
посмотрели им вслед и сказали:
– Наработались... Чего ж мы-то будем тут околачиваться?
– Наперед подготовим,– сказал кто-то,– когда бревна
привезут, у нас уже все будет готово.
Говоривший это воткнул топор в бревно и сел покурить.
Остальные тоже воткнули топоры.
На другой день пришли опять на работы, стали тесать. Но
мост, покинутый остальной партией, выглядел сиротливо, так
что у работавших было такое впечатление, как будто они
работают над каким-то брошенным делом.
Стало скучно.
А перед обедом пришли остальные с Кирюхой во главе и
крикнули:
– Привезли бревна?
– Кто же тебе их повезет? Мы дело делаем. Это вы там
похлебку хлебаете.
– Ну, покамест не привезете, мы и ходить сюда не будем.
Повернулись и пошли.
Мужики посмотрели им вслед и сказали:
– Что за господа такие?.. Фу-ты ну-ты... Бревна им возить.
Посидел на мосту, так уж фасон сразу взял, мы, выходит, для
них не то подмастерья, не то и вовсе черт ее знает что. Пущай
337
сначала сваи вобьют, тогда мы будем работать. А то что ж мы
над пустым местом будем сидеть тут.
Выходило так, как будто ушедшая партия была какими-то
барами, а эти – их рабочими.
– Да на черта они нужны! Мы свое дело сделали: доски
выструганы, бревна обтесаны. Работали не хуже, а они
командуют.
– Покамест они не придут, не делать ни черта. Бросай к
черту!
Мужики бросили доски и пошли к деревне.
На другой день Кирюха вышел за околицу, загородил глаза
рукой от солнца и посмотрел на берег. Там никого не было.
Потом вышел один из враждебной группы и тоже посмотрел из-
под руки на берег. Там никого не было.
– Все похлебку хлебают, господа-то наши,– сказал он,
вернувшись.
– Ну и черт с ними. Покамест они не выйдут,– не ходить!
– Ах, сволочи... Все дело теперь к черту полетит,– говорили
мужики.– Там небось и материал весь уже разволокли.
– Ну, как дела? – спрашивали соседи.
– Плохо. Совет у нас уж очень... Материал выдал, денег
выдал, и на том дело кончено. Опять на лодках придется
перевозить. Вот наказал бог!..
338
Государственная собственность
