— Только поймите меня правильно. Я не собираюсь залезать в этот компьютер и какие-нибудь гадости делать. У меня и в мыслях такого нет. Там такая стоит защита — система доступа к связи, — что никакой информации из него не добудешь, даже если захочешь. Об этом я и не мечтаю. А думаю всего-навсего о том, как устроить ваш разговор с Кумико-сан. Я же обещал, помните? Что постараюсь, чтобы вы поговорили напрямую. Сколько уже времени прошло, как Кумико-сан ушла из дома, и не нужно оставлять это дело незаконченным. А то вся ваша жизнь, Окада-сан, наперекосяк пойдет. Как бы ни было, всегда лучше поговорить откровенно, открыться друг другу. Без этого такая неразбериха… А людям одни несчастья… Вот что я пытался объяснить Кумико-сан, чтобы убедить ее.
Но она все никак не соглашалась. Говорила, что не хочет с вами разговаривать. Даже по телефону, не говоря уж о том, чтобы встретиться. Даже на телефон не соглашалась. Дошло до того, что я растерялся, не знал, что дальше делать. Как только я ее ни убеждал… Уперлась — и ни в какую. Прямо кремень, а не женщина.
Усикава подождал, что я скажу на это, но так ничего и не дождался.
— Не мог же я ей сказать по-простому: «Ну что ж! Не хотите — как хотите». Мне бы тогда от сэнсэя крепко досталось. Человек может быть как скала, как стена, и все равно надо найти с ним общий язык. Работа у меня такая — искать компромиссы. Не хотят продать холодильник — надо хотя бы лед прикупить. Вот как должно быть. Я стал голову ломать, чтобы найти выход. Человек на то и человек, чтобы мозгами шевелить. И в моей бестолковой, темной голове одна идейка появилась. Будто звездочка в тучах мелькнула. А почему бы вам не пообщаться по компьютеру? Садитесь за клавиатуру, печатайте — и пожалуйста: все слова на экране. Вы ведь умеете на компьютере работать, Окада-сан?
В юридической фирме я пользовался компьютером для проверки судебных прецедентов и поиска персональных данных клиентов, переписывался по электронной почте. Да и у Кумико на работе был компьютер. В журнале о здоровом питании, где она работала редактором, в базе данных хранились анализы калорийности продуктов и рецепты.
— Так вот. Обычный компьютер тут не подойдет, но если взять ту машину, что стоит у вас, и нашу, то можно переписываться с приличной скоростью. И Кумико-сан говорит, что согласна общаться через компьютер. Я ее уговорил. Переписка будет в реальном времени, а это почти то же самое, что разговор. Это максимум, что можно было сделать в порядке компромисса. Мудрость победила. Ну, как вам такой вариант? Может быть, он вам не очень по душе, но знали бы вы, сколько я над ним головушку ломал. А голова-то пустая. Подумайте, чего мне это стоило.
Ничего не говоря, я переложил трубку в левую руку.
— Алло! Окада-сан! Вы слышите меня? — донесся встревоженный голос Усикавы.
— Слышу, — откликнулся я.
— Тогда, чтобы не затягивать это дело, мне нужен пароль доступа к вашему компьютеру. Как только он у меня будет, я сразу устрою разговор с Кумико-сан. Что скажете, Окада-сан?
— Скажу, что здесь есть кое-какие загвоздки.
— Интересно! Какие же? — оживился Усикава.
— Во-первых, как я буду знать, что разговариваю в самом деле с Кумико, а не с кем-нибудь еще? При компьютерной переписке не видишь ни лица того, кому пишешь, ни голоса не слышишь. Может, на том конце за клавиатурой совсем другой человек сидит.
— Ах, вот оно что! — Мои слова, похоже, произвели на Усикаву впечатление. — Об этом я и не подумал. Действительно, такую возможность отрицать нельзя. Не хочу вам льстить, но вы правильно делаете, что меня подозреваете. «Я сомневаюсь — следовательно, я существую». Тогда давайте так сделаем. Вы сразу спросите Кумико-сан о чем-нибудь. Что-нибудь такое, чего, кроме нее, никто не знает. Если получите ответ — значит, с вами Кумико-сан разговаривает. Вы вместе столько лет прожили, должны же быть вещи, о которых, кроме вас двоих, никому не известно.
В словах Усикавы была логика.
— Хорошо. Но дело в том, что я не знаю пароля. Я к этому компьютеру не притрагивался ни разу.
