— Но человек всегда связывает себя с чем-то, — сказал Осима. — Иначе нельзя. Ты это делаешь бессознательно, сам того не замечая. Как говорил Гёте, весь мир — метафора.
Я задумался.
Осима сделал глоток кофе из кружки и продолжал:
— В любом случае, очень интересно было послушать, что ты думаешь о «Шахтере» Сосэки. Весьма убедительно для молодого человека, который из дома убежал. Даже перечитать захотелось.
Я дожевал сэндвич Осимы, смял и выбросил в корзину для бумаг пустой пакет из-под молока.
— Осима-сан, есть одна проблема… Кроме вас, мне больше не с кем посоветоваться, — решился я.
Он развел руки в стороны, приглашая меня продолжать.
— Долго объяснять… ко мне сегодня ночевать негде. У меня спальный мешок есть — обойдусь без кровати и без одеяла. Крышу бы какую-нибудь. Вы здесь, поблизости, ничего не знаете?
— Как я понимаю, гостиница или рёкан[137] отпадают?
— С финансами проблемы, — покачал головой я. — И потом, не хочется лишний раз привлекать к себе внимание.
— Особенно полицейских из отдела по делам несовершеннолетних?
— Наверное.
— Ну раз так, можно и здесь, — заявил, подумав, Осима.
—
— Именно. Крыша есть, свободная комната имеется. По ночам ей все равно никто не пользуется.
— Правда можно?
— Конечно, кое-какая подготовка потребуется. Но в принципе — можно. Ничего невозможного нет. Устрою как-нибудь.
— А как?
— Человек ты положительный — книжки хорошие читаешь, мозга у тебя варят хоть куда. Физически здоров, самостоятелен. Ведешь здоровый образ жизни. Вон с желудком разбираешься, как хочешь. Попробую поговорить с Саэки-сан: назначим тебя моим помощником, а ночевать будешь в библиотеке, в этой самой комнате.
— Вашим помощником?
— Ну, это я так сказал… Ничего особенного делать не надо. Будешь вместе со мной открывать библиотеку, закрывать. Убираться специальный человек приходит, компьютерами тоже специалист занимается. А больше делать нечего. Сиди и читай. Неплохо, правда? — спросил Осима.
— Неплохо, конечно… — Я уже толком не понимал, что для меня хорошо. — Но разве Саэки-сан разрешит? Вряд ли. Мне ж пятнадцать лет всего. Да она и не знает меня совсем. Да еще из дома убежал.
— Саэки-сан… Она… как бы это сказать… — Осима замялся, подыскивая подходящее слою. — Необычная.
— Необычная?
— Короче говоря, к ней обычные мерки не подходят.
Я кивнул, хотя понятия не имел, что это такое — когда
— Значит, она особенный человек? Осима качнул головой:
— Вовсе нет. Уж если кто особенный, так это я. А она… просто она из тех, кто не дает здравому смыслу сковывать себе руки.
Я не очень понимал разницу между «необычной» и «особенной», но мне показалось, что вопросов лучше не задавать. По крайней мере, пока.
Помолчав немного, Осима продолжал:
— Однако, понимаешь, такое дело… Сегодня и еще несколько дней здесь, наверное, нельзя будет ночевать. Так получилось. Поэтому пока я тебя в другом месте устрою.
Поживешь там денька два-три, пока я не договорюсь. Не возражаешь? Правда, отсюда далековато. Я не возражал.
— Библиотека в пять закрывается. Тут еще кое-что сделать надо, полшестого, думаю, освободимся. Я на машине, подвезу тебя. Сейчас там нет никого, а с крышей все в порядке.
— Спасибо.
— Благодарить будешь, когда на место приедем. Может, это совсем не то, чего ты ожидаешь.
Вернувшись в читальный зал, я снова принялся за «Траву у изголовья». С детства читаю медленно, строчку за строчкой. Чтобы удовольствие от текста получить. Когда удовольствия нет, не могу — бросаю. Без чего-то пять я закрыл книгу — роман кончился. Поставив ее на полку, я сел на диван и закрыл глаза. В голове, как в тумане, проплывали обрывки прошлой ночи. Сакура… Квартира, в которой она живет… Ее рука, отвечавшая на мое желание… Картины сменяли друг друга, словно кадры кинопленки.
В половине шестого я поджидал Осиму в вестибюле. Он провел меня на стоянку за библиотекой, где стоял зеленый спортивный автомобиль, открыл дверцу, приглашая сесть рядом с ним. «Мазда-родстер», очень симпатичная двухместная машинка с открытым верхом. Только багажник был такой маленький, что я даже рюкзак не смог в него запихать. Пришлось крепко привязать его веревкой к сетке за спиной.
— Ехать долго, перекусим где-нибудь по дороге, — предложил Осима, поворачивая ключ зажигания.
— Куда едем?
— В Коти. Бывал там?
Я покачал головой:
— И сколько ехать?
— Часа два примерно. Через горы, на юг.
— А ничего, что так далеко?
— Ничего. Дорога прямая, еще не темно, бензина полный бак.
Уже начало смеркаться. Мы выехали из города и помчались на запад по скоростному шоссе. Осима ловко перестраивался из ряда в ряд, лавировал между машинами. Быстро переключал левой рукой рычаг коробки передач, та мягко срабатывала, и мотор всякий раз отзывался на это движение, начиная крутить свою песню на новый лад. Осима выжал сцепление, вдавил в пол педаль газа, и скорость в одно мгновение зашкалила за 140.
— Специальный тюнинг. Ускоряется как зверь. На обычном «родстере» так не разгонишься. Ты в машинах разбираешься?
Я покачал головой: нет, в машинах я ничего не понимал.
