— Ничего особенного, Хосино-тян, — церемонно протянул кот. Зверь был мордастый и, как показалось Хосино, уже не молодой. — Вам тут одному не скучно? День-деньской с камнем разговоры разговаривать?
— Что это ты по-человечьи заговорил?
— Вовсе даже не по-человечьи.
— Что-то я не пойму. А как же тогда мы с тобой разговариваем? Кот и человек?
— На общем языке, который на грани миров. Только и всего.
Парень задумался и пробормотал:
— Грань миров? Общий язык?
— Не понимаешь? Ну и ладно. Долго объяснять, — сказал кот, презрительно дернув хвостом.
— Послушай, а ты, часом, не Полковник Сандерс?
— Какой еще полковник? — сердито пробурчал кот. — Не знаю такого. Я — это я и никто другой. Обыкновенный уличный кот.
— А имя у тебя есть?
— Уж что-что…
— И как же тебя зовут?
— Тунец, — сконфузился кот.
— Тунец? Из которого суси делают?
— Ну да. Я тут в одной сусичной по соседству кормлюсь. Еще там есть собака. Так ее прозвали Тэкка [179].
— Ты вроде знаешь, как меня зовут?
— Ты же у нас знаменитость, Хосино-тян, — еле заметно улыбнулся черный кот. Хосино впервые видел улыбающегося кота. Но улыбка тут же пропала, и по кошачьей морде снова расплылось смирение и покорность судьбе.
— Кошки все знают, — продолжал кот. — И то, что Наката-сан вчера умер, и то, что у тебя здесь ценный камень лежит. Мне в округе все известно. Я уже порядочно здесь живу.
— Хм… — Хосино стало интересно. — А чего мы всё на ходу-то? Может, зайдешь, Тунец-сан?
Не слезая с перил, кот покачал головой:
— Не-е… Мне и здесь хорошо. Там у тебя как-то не очень. Погода хорошая. Давай лучше здесь поговорим.
— Да мне в общем-то все равно, — согласился парень. — Может, ты голодный? Хочешь чего-нибудь?
Кот опять покачал головой:
— Позволю себе заметить, с пропитанием у меня проблем нет. Меня больше волнует, как бы не растолстеть. В сусичной много рыбы ем, холестерин накапливается. Знаешь, как с лишним весом лазить тяжело?
— Слушай, Тунец-сан, а ты ко мне по делу или как?
— Вроде того, — ответил кот. — Чую, попал ты в переделку. Один остался, да еще с этим мудреным камнем возиться приходится.
— Да уж. Твоя правда. Ни туда ни сюда.
— Вот я и подумал, может, помогу чем.
— Спасибо. Не откажусь, — поблагодарил Хосино. — Как говорится, на тебя одна надежда.
— Все дело в камне, — сказал кот Тунец и дернулся, отгоняя навязчивую муху. — Надо его на место вернуть — и ты свое дело сделал. Можешь отправляться куда хочешь. Разве не так?
— Угу. Стоит только вход закрыть и всем разговорам конец. Как говорил Наката, раз открытое должно быть закрыто. И все.
— Вот я тебе и объясню, что делать надо.
— А ты знаешь? — спросил парень.
— А то как же. Я же тебе сказал: кошки все знают. Не то что собаки.
— И что же делать?
— Убить его, — смиренно проговорил кот.
— Убить?
— Да, Хосино-тян. Убить его.
— Кого его-то?
— Увидишь — поймешь.
— Это человек?
— Нет. Уж это мне точно известно.
— А какой он из себя?
— Чего не знаю, того не знаю, — признался Тунец. — Я же сказал: увидишь — сразу поймешь, не увидишь — не поймешь. Это же как день ясно.
Хосино вздохнул:
— А вообще что он из себя представляет?
— Да зачем тебе это? — сказал кот. — Объяснить очень трудно. Лучше не знать ничего. Этот гад где-то притаился. Сидит тихонько в темной дыре и посматривает оттуда. Но ведь не может он все время прятаться. Рано или поздно вылезет. Может, даже сегодня. И тогда обязательно на тебя полезет. Это ж беспрецедентный случай.
— Какой-какой?
— Исключительный. Такой шанс раз в тысячу лет бывает, — пояснил черный кот. — Так что сиди и жди, а покажется — убей. Всего и делов-то. А потом гуляй на все четыре стороны.
— А с законом как быть, если я его убью?
— Я в законах не разбираюсь. Котам это ни к чему. Но он же не человек, при чем тут законы? Короче, его нужно убить. Это даже коту понятно.
— Но как его убивать-то? Я же не знаю, какой он из себя, большой или маленький. Надо как-то подготовиться, способ придумать.
— Любой способ подойдет. Можешь молотком стукнуть, ножом пырнуть, задушить, сжечь, загрызть. Что тебе больше нравится. Главное — чтобы он дух испустил. Наберешься духу и придавишь. Ты в армии служил? Стрелять тебя учили на народные деньги? Штыком колоть? Ты же солдат. Это твое дело — придумать, как убить.
— В армии учат на обычной войне воевать, — вяло возразил парень. — А какую-то тварь подкарауливать, не человека даже, о которой понятия не имеешь — ни какого она роста, ни как выглядит… караулить и молотком пришить — такому нас не учили.
— Он как пить дать через вход полезет, — не обращая внимания на слова Хосино, заявил Тунец. — Но ты его не пускай. Ни за что. В лепешку расшибись. Надо его прикончить, пока он не пролез. Это самое главное. Понял? Упустишь его сейчас — все. Конец.
— Один шанс в тысячу лет.
— Вот именно, — сказал кот. — Хотя это, конечно, я так сказал, ради красного словца.
