— Шутить изволите, молодой человек? — Старичок, похоже, рассердился. — У нас точно есть несколько книг о сборе налогов у османов. Подождите здесь немного.
— Хорошо.
Он открыл стальную дверь в глубине комнаты и скрылся за ней. Не присев, я дожидался его минут пятнадцать. Несколько раз появлялась мысль сбежать, но, что ни говори, это было бы свинством по отношению к старому библиотекарю. По «тарелке», освещавшей комнату, ползала мелкая черная мушка.
Старичок вернулся с тремя довольно толстыми томами, ужасно древними с виду и в ветхих переплетах. По комнате поплыл запах старой бумаги.
— Вот, — проговорил старик. — «История сбора налогов в Османской империи», «Дневник сборщика податей в Османской империи» и «Движение против уплаты податей в Османской Турецкой империи и его подавление». Как раз то, что нужно.
— Большое спасибо. — Я принял из его рук три фолианта и направился к выходу.
— Погоди-погоди, — остановил меня библиотекарь. — Эти книги на дом не выдаются.
Действительно, на задней стороне обложек были наклеены красные ярлычки с надписью «Не выносить».
— Если хочешь почитать, здесь есть еще помещение.
— Но… — Я посмотрел на наручные часы. Двадцать минут шестого. — Ведь библиотека уже закрывается, да и мама волноваться будет, если я к ужину не вернусь.
— Ну, с библиотекой-то проблем нет. Если я говорю «можно», значит — можно. Или тебе на мое доброе отношение наплевать? Зачем я тогда искал эти книги? А? Ради физкультуры?
— Извините. Я ничего такого не имел в виду… Просто не знал, что их на дом не дают.
Старичок зашелся кашлем, сплюнул мокроту в бумажную салфетку и, внимательно посмотрев на результат, бросил салфетку в картонную коробку на полу, заменявшую урну. Пятна у него на лице тряслись мелкой дрожью.
— Дело не в том, знал ты или не знал. — Он заговорил резко, словно выплевывая слова. — Я в твои годы только и читал, запоем.
— Тогда я почитаю полчасика, — сказал я еле слышно. Для меня отказать кому-нибудь — всегда проблема. Слабое место. — Больше не могу. Мама очень переживать будет. В детстве меня как-то собака укусила, и с тех пор она прямо с ума сходит, стоит мне хоть немного задержаться. Я еще в воскресенье приду, почитаю.
Выражение лица старичка немного смягчилось, и я вздохнул с облегчением.
— Давай сюда. — Библиотекарь отворил стальную дверь и поманил меня рукой.
За дверью оказался плохо освещенный коридор. Свет от старой лампы мерцал как сквозь облако пыли.
— Иди за мной, — сказал старичок и зашагал по коридору. Странный это был коридор. Через несколько шагов он раздваивался направо и налево.
Старичок свернул вправо и тут же по обе стороны пошли многочисленные, как ходы в муравейнике, ответвления. Не раздумывая, библиотекарь нырнул в одно. Я шел за ним, прижимая к груди книги и плохо соображая, что к чему. Старичок оказался куда проворнее, чем можно было подумать, на него глядя, и скоро я запутался, пытаясь сосчитать повороты. Еще одно ответвление, потом Т-образный перекресток…
В голове все перемешалось в кашу. И кто додумался устроить под городской библиотекой огромный лабиринт? Полный абсурд! С чего это власти раскошелились на такую стройку? Я уже собрался было спросить об этом старичка, но в конце концов решил не высовываться.
В конце очередного закоулка находилась такая же стальная дверь. На ней табличка — «Читальный зал». Тишина вокруг стояла как на кладбище. Единственным источником звука были мои ботинки — скрип! скрип! Старичок же передвигался совершенно бесшумно.
Он полез в карман пиджака и со звоном вытащил большую связку ключей. Встав под фонарем, выбрал один и сунул в замочную скважину. От этих манипуляций мне почему-то сделалось нехорошо.
— Ну что же ты? — сказал старичок. — Заходи.
— Там темно, — запротестовал я.
Мой провожатый недовольно кашлянул и, потянувшись, повернулся ко мне. Он вдруг сразу как-то вырос. Глаза у него горели, будто у козла в сумерках.
— Вот молодежь! Что же ты хочешь, чтобы тут никого не было и целый день свет горел? Так прикажешь?
— Да нет. У меня и в голове…
— Все, хватит! Надоело! Ступай отсюда. Иди на все четыре стороны.
— Простите. — Я чувствовал, что у меня едет крыша. Библиотекарь казался мне каким-то злобным существом и одновременно просто несчастным раздражительным старикашкой. Вообще-то старики для меня — темный лес, поэтому я абсолютно не представлял, как себя вести в такой ситуации.
— У меня и в голове такого не было. Извините, если не так сказал.
— Все вы одинаковые, — заключил старичок. — Язык без костей.
— Что вы! Темно так темно. Я правда лишнего сболтнул. Прошу прощения.
— Хм-м… — Он заглянул мне в глаза. — Ну ладно. Так ты войдешь или нет?
— Войду, — сказал я уверенно. Со мной всегда так — думаю одно, а говорю и делаю совсем другое.
— Там сразу лестница, — предупредил старичок. — Хватайся за перила, а то свалишься.
Я ступил в темноту первым. Библиотекарь закрыл за нами дверь, со щелчком провернув ключ в замке.
— Зачем вы дверь на ключ закрыли?
— Правила такие, правила. Начальство их тысячами придумывает. А ты поменьше болтай.
