Избранные произведения. III том полностью

Ом попытался сплюнуть, да только черепашья пасть не предназначена для такого занятия.

— Эти птицы! Ненавижу! Всех до одной! — сказал он ночному воздуху.

Скалби укоризненно взирал на него с гребня бархана. Он взъерошил те несколько сальных перьев, что у него были, с таким видом, будто готов был ждать всю ночь. Да и вообще сколько потребуется.

Ом подполз к Бруте. По крайней мере, парень ещё дышит.

Вода…

Бог обдумал проблему. Можно выжать воду из камня. Это один из способов. Заставить её течь сюда… нет проблем. Дело только в молекулах и векторах. Вода имеет врожденную тенденцию течь. Главное — позаботиться о том, чтобы она текла сюда, а не туда. Никаких проблем для бога, пребывающего в хорошей форме.

Но как решить эту проблему, если ты — черепаха?

Черепашка сползла к подножию бархана и некоторое время ползала там взад-вперёд. Наконец она нашла нужное место и принялась рыть песок.

Как все нелепо. Только что было обжигающе жарко, а теперь он замерзал.

Брута открыл глаза. На него смотрели ослепительно белые звёзды пустыни. Язык, казалось, заполнил весь рот. О чем он думал, перед тем как?..

Вода.

Он перевернулся. Сначала голоса звучали внутри его головы. Теперь они раздавались где-то вовне. Они были едва слышны, но тем не менее эхом отзывались в залитых звездным светом песках.

Брута с трудом подполз к подножию бархана. Там он увидел какую-то кучку, вернее, несколько кучек, из-под одной из которых доносился чей-то приглушенный голос. Он подполз ближе.

И увидел дыру в куче песка. Глубоко под землей кто-то ругался. Слов было не разобрать, так как звук отражался от стенок тоннеля, но ошибиться в их смысле было невозможно.

Брута прижался к земле и стал наблюдать.

Через несколько минут из дыры показался Ом, заляпанный тем, что Брута назвал бы грязью — если бы они не находились посреди пустыни.

— А, это ты, — сказала черепашка. — Оторви-ка кусок рясы и дай мне.

Брута, будто бы во сне, повиновался.

— Позволь заметить, — продолжил Ом, — ковыряться там — это тебе не пикник.

Зажав кусок ткани челюстями, он попятился и исчез в дыре. Через пару минут он вновь появился на поверхности, все с той же тряпкой во рту.

Ткань была пропитана водой. Брута направил капли живительной влаги в рот. У неё был вкус грязи, песка и дешевого коричневого красителя, на он готов был выпить целый галлон. Он готов был нырять и плавать в луже такой воды.

Он оторвал ещё один кусок рясы и передал Ому.

Когда Ом опять вылез из дыры, Брута стоял на коленях рядом с Ворбисом.

— Шестнадцать футов, черт побери! Целых шестнадцать проклятых футов! — закричал Ом. — Не трать на него воду! Он разве ещё не издох?

— У него жар.

— Избавь его от страданий.

— Мы должны доставить его в Омнию.

— Думаешь, нам это удастся? Без еды? И без воды?

— Но ты нашел воду. Воду в пустыне.

— Никакого чуда в этом нет, — фыркнул Ом. — Здесь, у берега, иногда выпадают дожди. Ливневые паводки. Высохшие русла рек. Водоносные пласты, наконец.

— А мне это кажется чудом, — прохрипел Брута. — И не перестает таковым быть — даже несмотря на то, что у тебя есть ему объяснение.

— Но еды тут точно нет, можешь мне поверить, — рявкнул Ом. — Жрать здесь абсолютно нечего. Даже в море, если мы, конечно, сможем его найти. Кто-кто, а я-то знаю, что такое пустыня. Гряды скал, которые заставляют тебя сбиться с пути. Барханы, перемещающиеся в ночи… львы… и прочие твари…

…Например, боги.

— И что ты предлагаешь? — спросил Брута. — Сам говорил, что лучше быть живым, чем мертвым. Хочешь вернуться в Эфеб? Думаешь, нас там с радостью примут?

Ом промолчал.

Брута кивнул:

— Тогда принеси ещё воды.

Идти ночью, пусть даже с Ворбисом на плече и Омом под мышкой, было куда проще.

В это время года…

…Свечение в небе являлось не чем иным, как центральным сиянием — таким образом магическое поле Плоского мира через вершины Кори Челести, центральной горы на Диске, скидывало накопившееся напряжение. В это время года солнце встает над пустыней в Эфебе, а в Омнии — над морем, поэтому огни Пупа должны быть слева, а закат солнца — позади…

— Ты бывал на Кори Челести? — спросил Брута.

Ом, клевавший носом в ночной прохладе, вздрогнул и проснулся.

— А?

— Там живут боги.

— Ха! Я бы мог рассказать тебе про них пару-другую историй! — мрачно ответствовал Ом.

— Что?

— Они считают себя элитой!

— Значит, ты там не жил?

— Нет. Для этого нужно быть повелителем грома или ещё какой-нибудь важной шишкой навроде. А ещё, чтобы тебя туда хотя бы в гости пустили, ты должен обладать целой когортой верующих. Плюс человекообразное воплощение — это ещё одно необходимое условие.

— Но ты же Великий Бог!

Они посреди пустыни, и Брута все равно умрет…

— Почему бы и не рассказать ему? — пробормотал Ом. — Нам ни за что не выжить… Понимаешь, каждый бог по-своему велик — для кого-нибудь. Лично я никогда не хотел стать чересчур великим. Несколько племен, пара городов. Не слишком большие запросы, верно?

— Империя насчитывает два миллиона жителей, — сказал Брута.