В нескольких метрах от него, прислонясь к стволу дерева, стоял эльф, который так ловко сливался с тенью, что Джошуа ни за что бы не заметил гостя, если бы тот не повернул голову и не улыбнулся. Низкое утреннее солнце блеснуло на двух рядах безупречных треугольных зубов.
Эльф вышел на свет и, сделав несколько широких шагов, подступил вплотную.
Ростом он был не выше четырех футов, мускулистый, коренастый, с лицом, похожим на морду задумчивого бабуина, с прической как у панка — или у какаду. Он щеголял в кожаной набедренной повязке, на поясе у него висел мешочек. Босые ноги выглядели вполне по-человечески, не считая острых загнутых ногтей. Джошуа взглядом поискал у пришельца оружие и не нашел.
Это существо до странности напоминало крота — его лапы явно были приспособлены для копания. Карикатурно большой, очертаниями смутно напоминающий человека, прямоходящий крот в одежде.
Эльф вновь ухмыльнулся. Джошуа ощутил его дыхание.
Пистолет лежал в спальнике. У Джошуа возникло отчетливое ощущение, что, попытавшись достать оружие, он сделает самую большую глупость в жизни.
Для таких случаев, подумал Джошуа, наверняка должно быть какое-нибудь более уместное приветствие, нежели «Звезда горит над часом нашей встречи». Но именно это прозвучало по рации, лежавшей на земле в спальнике. Билл за ним наблюдал.
Эльф улыбнулся и произнес:
— Ж-желаю тебе хорошей с-смерти.
Он разговаривал по-английски — и, несомненно, принадлежал к одной из многочисленных гуманоидных рас, которые на Долгой Земле за свое изящество получили название эльфов. Но хотя раньше Джошуа таких не видел, он немедленно догадался, к какому подвиду относится это существо.
— Он кобольд.
— Да, — сказал Билл по рации. — Некоторые зовут их лунями. А придурки англичане — городскими лисами.
— Я думал, это миф.
— Только ему не говори, он может обидеться. Инфракрасные датчики его засекли. Вижу оружие. Но он тебя не тронет. Ну… наверное. Какие ощущения?
— Представляешь себе встречу Ганди и Питера Пэна?
— Нет.
Кобольд усмехнулся, показав острые зубы.
— Не бойс-ся, человеч-чек. Я тебя защищаю. Ты в безопас-сности. Будь моим другом.
— Договорились. Меня зовут Джошуа.
Кобольд серьезно кивнул.
— Знаю. Тебя пос-слал Лобсанг.
— Лобсанг? Ты знаешь про Лобсанга? И почему я не удивлен?
Билл сказал:
— Кобольды о тебе наслышаны, Джошуа. Особенно с тех пор, как я принялся искать Салли.
— У тебя ес-сть камень, который поет?
— Камень, который поет?
— Да. Камень, который ес-ст человеческую душу и поет. С-священная музыка. Люди, которые поют пос-сле смерти… — Кобольд помолчал, в задумчивости двигая губами, и внезапно закончил: — Как Бадди Холли.
— Скажи «да», — велел Билл.
— Да.
— Блин, Джошуа, я всё должен разжевывать? Отдай ему кассету.
— А, камень, который поет. Я понял.
Джошуа полез в карман куртки, которую использовал в качестве подушки, вытащил старую поцарапанную кассету и протянул кобольду. Тот взял её, как ревностный адепт священную реликвию, понюхал, поднес к уху, осторожно потряс.
— Билл здес-сь уже бывал. Мы говорили. Он принос-сит муз-зыку. И кофе. У него ес-сть машинка, которая пьет с-солнце и играет с-священную муз-зыку.
— То есть магнитофон?
Кобольд повертел кассету длинными пальцами.
— «Кинкс-с»?..
— Тот альбом, который ты хотел, — сказал по рации Билл.
— Хорош-шо…
Кобольд вытащил из мешочка на поясе старый кассетный аудиоплеер, подставил рассветным лучам блестящую солнечную батарею, надел на шею древнего вида наушники и сунул кассету в прорезь.
— А ещ-ще?..
— Двенадцать песен, моноверсия, выпущена в Европе, плюс британский релиз, пятнадцать песен, стерео и моно, ну и парочка раритетов. «Скотный двор», микс. И ранее не выходивший трек под названием «Трусы Мика Эйвори».
Но кобольд уже не слушал. Он прислонился спиной к дереву, прижав к ушам потрепанные наушники.
Билл негромко произнес:
— Всё. На пару часов он потерян для мира. Джошуа, если тебе нужен завтрак, сейчас самое время.
— «Кинкс»?..
— Популярная в шестидесятые английская группа, которая прославилась в Америке, когда…
— Билл, мне плевать, не сочти за неуважение к «Кинкс». Скажи, зачем ты дал ему кассету?
— Натуральный обмен, Джошуа. Кобольдам нравится человеческая культура. Некоторые из них обожают музыку. Например, этот прямо спятил, когда впервые услышал «Закат над Ватерлоо». Он — мой осведомитель. Информант. Я приношу музыку, которую он любит, а он — сведения.
— Да, но кто сейчас пользуется кассетами?
— Он старше, чем выглядит, Джошуа. Он много лет торговал с людьми. И вдобавок его путь разошелся с человеческим миллионы лет назад. Вряд ли стоит требовать, чтобы он мгновенно перенимал новые технологии, правда?
Джошуа вылез из спальника.
— Я хочу кофе.
Первые путники, исследовавшие Долгую Землю, не нашли никаких признаков присутствия современного человека за пределами Базовой Земли.
