— Я не могу подключиться к внутренней сети.
— Я тоже.
Через пару минут ускорение неожиданно упало до стабильного 1 g, Иниго приподнялся и сел. Его гея-частицы по-прежнему излучали сильное беспокойство.
Корри-Лин, морщась от боли, тоже поднялась. В лодыжке все еще пульсировала боль, а принятые лекарства загадочным образом искажали видимую действительность. Возможно, Корри-Лин ощущала легкость во всем теле из-за общего состояния организма. Или же странно работали двигатели корабля. И в воздухе появился непонятный запах. Она икнула, надеясь, что это еще не предвестник рвоты. Ситуация, в которой она оказалась, почему-то беспокоила ее меньше, чем можно было ожидать. Хотя отсутствие экипажа ей очень не нравилось. Она инстинктивно понимала, что это очень плохо, но отказывалась задумываться. «Слишком много всего. Слишком много и сразу».
— Что ж, мы все еще живы, — со вздохом сказала она.
Иниго посмотрел на нее с тревогой.
— Верно. — Он неуверенно поднялся на ноги. Одна из осветительных полос на потолке постоянно мигала. В ее корпусе виднелись трещины. Иниго нахмурился, глядя на светильник. — Мой сканер обнаружил множественные повреждения корабля. И я не могу отыскать членов экипажа.
— Что ты хочешь этим сказать?
Толстая плайпластиковая дверь распахнулась, и в коридор вышел Аарон. Его гея-частицы были заблокированы, но и без них даже одурманенная лекарствами Корри-Лин поняла, насколько он разъярен. Аарон в гневе уставился на Иниго.
— Не вздумай повторять таких же фокусов, как на леднике.
Иниго презрительно усмехнулся.
— Я почти справился с тобой, правда? А я ведь всего лишь простой любитель.
Аарон напряженно улыбнулся и шагнул вперед.
Корри-Лин заорала от боли, когда его ботинок опустился на поврежденный сустав. Иниго бросился к нему и с размаху толкнул, словно игрок в регби. Аарон даже не покачнулся. Он демонстративно сохранял положение еще несколько секунд, потом убрал ногу и сделал шаг назад.
Корри-Лин, всхлипывая, обхватила ладонями лодыжку, стараясь унять разгоревшуюся боль. На глазах у нее выступили слезы.
— Не надо, — испуганно прошептала она.
— Медицинская камера находится в главной каюте, — сказал Аарон и протянул руку.
— А где экипаж? — спросила она.
— Они на минутку вышли. — Аарон задумчиво помолчал. — Но могут на некоторое время задержаться.
Корри-Лин проигнорировала протянутую руку, и подняться ей помог Иниго. Вслед за Аароном они доковыляли до основной каюты.
— О Заступница!
От увиденной сцены желчь мгновенно поднялась к горлу, и Корри-Лин невольно прикрыла рот свободной рукой.
Основное помещение космического корабля представляло собой круглую комнату примерно семи метров в диаметре. Из плайпластиковых стен и пола торчали отдельные предметы мебели, но почти все они были страшно исковерканы. Из разбитых панелей вывалились какие-то модули, и даже их корпуса не избежали физического воздействия — на них виднелись вмятины и трещины. Некоторые узлы оплавились вместе с прилегающими участками стен, а на потолке были заметны пулевые отметины.
Но взгляд Корри-Лин привлекли даже не эти последствия погрома. На полу она увидела кровь. Большие лужи расплескались при ускорении корабля и теперь начали застывать. Кровь широкими мазками покрывала стены, длинные красные штрихи испещряли даже потолок.
— Чудовище! — простонала она, не разжимая зубов.
— Давайте договоримся раз и навсегда, — сказал Аарон после того, как дал команду интел-центру активировать медицинскую камеру. — Я не хороший и не плохой. Я просто человек, выполняющий свою работу. И я ее выполню. Несмотря ни на что.
Корри-Лин бросила взгляд на Иниго. И поняла, насколько он напуган. Такого выражения на его лице она еще никогда не видела. Только не у Иниго, человека, который собирался вести их к новой прекрасной жизни.
— Что же это за работа? — спросил Иниго, стараясь сохранить хотя бы видимость достоинства.
На щеке Аарона едва заметно дернулся мускул.
— Прошу прощения. Я еще не до конца это понял.
— Невероятно!
Аарон смущенно пожал плечами, глядя на Корри-Лин.
— Ты ведь меня понимаешь?
— Он не человек, — проворчала она. — Это биоробот-киллер. И настолько несовершенный, что даже не знает, почему он так поступает.
— Ну, вот и готово, — сказал Аарон.
Он указал взглядом на выкатившуюся из стены медицинскую камеру. На серебристой поверхности тоже виднелись пулевые царапины, но малметаллическая крышка плавно поднялась, и управляющая система доложила о полной готовности, хотя некоторые узлы работали на резервных источниках.
— Я туда не полезу, — взвизгнула Корри-Лин.
— Полезешь, — заверил ее Аарон. — Или я сам тебе помогу. За твоим лечением, конечно, будет наблюдать юз-дубль Иниго. Но мне ты нужна целой и невредимой. А у тебя, кроме физических повреждений, еще и немалая доза облучения.
Корри-Лин оглянулась на Иниго, но тот лишь пожал плечами.
— Тебя волнует ее здоровье? — удивился Иниго. — Но почему?
— Она — рычаг воздействия, — спокойно ответил Аарон. — Гарантирует твое хорошее поведение.
