Участники заседания собрались в одном из надежно защищенных подземных помещений, которые так любили сооружать предыдущие правительства, когда с троили убежища. После создания силовых полей, способных отражать удары атомных лазеров и выдерживать ядерные взрывы, Патриция уже не видела необходимости зарываться под стареющее здание сената, однако эту комнату благодаря отсутствию окон было очень удобно использовать для проведения важных совещаний. На полу, застланном изумрудно-зеленым ковром с огромной эмблемой Межзвездного Содружества, стоял длинный стол из мореного дуба. Со стен на него с различной степенью высокомерия взирали изображения всех прежних первых министров сената. Обстановка выглядела очень добротно и дорого — что объяснимо при бюджете, никогда не выносившемся на обсуждение общественности.
При появлении в зале Элейн Дой все члены Военного кабинета поднялись со своих мест. Державшаяся в двух шагах позади нее Патриция с удовольствием отметила, что этикет соблюдался, по крайней мере представители реальных сил Содружества выполняли формальности — пока еще выполняли. Никто из членов Военного кабинета не взял с собой ассистентов. Патриция была здесь единственной из числа помощников, и даже она уже не могла припомнить, когда в последний раз присутствовала при встрече такого множества игроков самого высокого класса. Это вселяло страх даже в нее, постоянно вращавшуюся в самых влиятельных правительственных кругах. Патриция знала, что Элейн нервничает, и на этот раз не по поводу собственного рейтинга: последняя статистическая сводка потерь в результате нападения праймов могла шокировать кого угодно.
Элейн заняла свое место во главе стола и попросила всех сесть. Патриция устроилась слева от нее, а по правую руку от президента расположился первый министр Оливер Там. Высокие двойные двери закрылись, и автоматически активировалась экранировка зала. Все присутствующие лишились всякого контакта с унисферой.
— А РИ разве не будет участвовать в заседании? — неучтиво поинтересовался Криспин.
Элейн взглянула на Патрицию и слегка ей кивнула.
— Не на этой стадии, — ответила Патриция. — Несмотря на явную озабоченность РИ вторжением и неоценимую помощь в отражении атаки, мы пока не можем быть стопроцентно уверены в его абсолютной лояльности. Поскольку основной удар праймов приняла на себя раса людей, мы считаем, что сами должны выработать ответную тактику. Если потребуется помощь или совет РИ, мы, безусловно, его пригласим. Но до тех пор решения принимать надлежит нам, и только нам.
Если ее объяснение и вызвало раздражение у Криспина, то он этого никак не показал.
— Спасибо, — поблагодарила Патрицию Элейн. — А теперь я объявляю первое заседание Военного кабинета открытым. Здесь и сейчас мы должны выработать суть нашего ответа на явную и несомненную угрозу со стороны чужаков праймов. Вряд ли я погрешу против истины, если скажу, что это заседание определит не только будущее человечества как расы, но и саму возможность этого будущего. Нам предстоит принять решения, которые будут не только очень трудными, но и, без сомнения, весьма непопулярными в некоторых кругах. Что касается меня, то я готова принести свою популярность на алтарь объективной необходимости. Прошу адмирала Кайма дать нам короткую сводку последствий чудовищного вторжения, а затем мы заслушаем отчет аналитиков флота о предполагаемых дальнейших действиях праймов. Как только мы все это услышим — приступим к принятию политических решений. Адмирал, вам слово.
— Благодарю, госпожа президент. — Уилсон Кайм обвел взглядом сидящих за столом, печально отметив, что увидел так мало дружеских лиц. — Всем известно, что мы пережили ужасную катастрофу. Мы знали, насколько развита цивилизация праймов, видели масштабы доступных им ресурсов, но наше восприятие этой расы оказалось абсолютно не соответствующим действительности. Причина тому довольно проста: мы не могли поверить в вероятность атаки подобного размаха. Агрессивность праймов не поддается рациональному объяснению. Мы узнали, что их промышленная мощь сравнима, а то и превосходит возможности всего нашего Содружества. Если бы чужакам потребовалось расширить обитаемое пространство или заполучить новые источники материальных ресурсов — для них было бы гораздо менее затратно обратить свое внимание на соседние звездные системы, а не стремиться захватить нас. Тем не менее праймы отказались следовать логике: когда они узнали о нас от Вербеке и Боуза, то первое, что они предприняли, было строительство червоточин именно в нашем направлении. Похоже, что оправдались самые худшие предположения о причине установки барьера вокруг Альфы Дайсона: кто-то хотел ограничить распространение ее обитателей.
— А что известно о Бете Дайсона? — спросил Алан Хатчинсон.
