— И о каких же простых человеческих радостях ты решила мне напомнить?
Ее палец медленно обвел овал его лица.
— Я прикажу своим помощникам подготовить полный список. Они свяжутся с твоими людьми и начнут переговоры.
— Как скоро?
Уилсон обнял ее за талию и заказал эл-дворецкому еще один бокал вина для Анны.
Она, опираясь на его руку, немного откинулась назад и сквозь прозрачную крышу посмотрела на небо.
— Это и есть новая сборочная платформа?
Уилсон проследил за ее взглядом и отыскал среди звезд серебристое пятнышко.
— Да, думаю, это она. Знаешь, еще несколько месяцев — и в здешнем секторе космоса станет довольно тесно.
— Если только у нас будут эти несколько месяцев.
Его рука крепче сжала талию Анны.
— Праймы не всемогущи. Не позволяй себе даже так думать. Мы видели их родной мир и знаем, что их ресурсы не безграничны.
— Может и не безграничны, Уилсон, но при этом намного превосходят наши.
На террасу выкатилась робот-горничная с бокалом охлажденного вина.
Уилсон достал бокал из зажима электромышц и подал Анне.
— Если бы чужаки могли завоевать сразу все миры Содружества, они бы уже это сделали. Но они не смогли. Им еще придется переварить откушенный кусок. Я не утверждаю, что нам нечего бояться, но если первая атака нас чему-то и научила, так это тому, что возможности праймов ограничены. Им потребуется некоторое время, чтобы утвердиться на Утраченных двадцати трех планетах, и это даст нам передышку. Мы пустим в ход новые прекрасные корабли, соберем армию людей, вооружим их самыми последними боевыми разработками, какие только сможем изобрести, и вырвем наши миры из лап этих четырехкопытных. А потом «Сиэтлский проект» обрушит на их головы кару Господню. И тогда уже мы будем решать, оставить им жизнь или нет. Эти твари еще проклянут тот день, когда рухнул барьер.
— Ого! Ты действительно во все это веришь, да?
— Я должен верить. И я не допущу, чтобы в истории Галактики от человеческой расы остались одни воспоминания.
— Можешь рассчитывать на мою помощь.
Она быстро поцеловала его.
— Я знаю. — Он прикоснулся своим бокалом к ее бокалу. — У меня есть тост. За успешную кампанию и политиков, которые не превратили заседание Военного кабинета в площадку для соревнования между собой.
— За это я выпью.
Уилсон пригубил вино, а затем отыскал взглядом Первую базу, проплывающую над Высоким Ангелом.
— Я видел проекты наших физиков и конструкторов. Они производят колоссальное впечатление.
— Будем надеяться, что средства массовой информации перестанут критиковать в своих шоу все, что мы делаем.
— Обязательно перестанут. Барон и остальные просто еще в шоке, как и все мы. Как только они поймут, что есть альтернатива, — сразу же встанут на нашу сторону. Я уже наблюдал такие случаи.
Она ласково пригладила его волосы.
— Какой же ты старый. Наверное, поэтому я тебе полностью доверяю. У тебя огромный жизненный опыт. Ты способен справиться с любой ситуацией.
— Не будь так уверена. У меня имеются удивительные слабости. Поверить не могу, что Марс до сих пор меня так волнует. Джастина и в самом деле нажала на нужную кнопку.
— Как думаешь, что Хранители делали там все это время?
— Я целый час сидел тут и размышлял над этим, но так и не смог ничего придумать. Поэтому я и попросил Рафаэля продолжить расследование. Но если учесть, что здесь замешана проклятая политика, вряд ли можно надеяться на положительный результат.
— А как ты смотришь на то, чтобы я вместо тебя попыталась протолкнуть это дело? У меня достаточно влияния, чтобы заставить разведку работать, — а ты останешься в стороне от кабинетных игр.
Уилсон запрокинул голову и поцеловал Анну.
— Было бы превосходно.
— Я сделаю, что смогу.
ОС-татуировки на ее теле начали набирать скорость, мерцая стальными нитями в свете ярких лун.
— Что если мы забудем о помощниках и начнем личные переговоры прямо здесь и сейчас?
Уилсон завозился в кресле, вызвав веселый смех Анны, — зато теперь он смог обнять ее уже обеими руками.
Триггер, запустивший воспоминания Найджела Шелдона, сработал мгновенно и совершенно неожиданно. Вокруг него, словно при подключении к ВСО, развернулась сцена, перенесшая Найджела к теленовостям времен его молодости, когда после каждого масштабного бедствия политики обязательно совершали «подбадривающие визиты» в госпитали или палаточные городки беженцев. В 2048-м, после того как падение метеорита вызвало цунами в Мексиканском заливе, студенты кампуса отпечатали себе карточки вроде тех, что носят добровольные жертвователи внутренних органов. Только на этих было написано: В СЛУЧАЕ ЧРЕЗВЫЧАЙНОЙ СИТУАЦИИ НЕ ПОДПУСКАЙТЕ КО МНЕ ПРЕЗИДЕНТА.
Найджел смотрел, как Элейн Дой в сопровождении своей свиты шествует вдоль очереди к временному медицинскому центру, и гадал, сколько беженцев захотели бы сейчас иметь такие карточки. На лицах людей, ожидавших помощи, не было ни радости, ни приветливых улыбок — только угрюмая обреченность и затаенный гнев. Пока еще не направленный против президента.
