Изобличенный показаниями Гоголидзе на очной ставке, Томас Васадзе сознался, что он и его отец дали взятку доценту медицинского института Лаврову. После очной ставки Гоголидзе, оставшись наедине со следователем, сказал, что он не знает, как вести себя при встрече со Степаном Васадзе, который ввиду ареста сыта, конечно, немедленно приедет в Калинин и прежде всего придет к нему, Гоголидзе. Следователь разрешил Гоголидзе при встрече с Васадзе рассказать ему, что Томас сознался, но запретил говорить, кто на очной ставке первым дал показания о взятке. Гоголидзе, который хотел избежать упреков со стороны Степама Васадзе, это вполне устраивало. Следователь же исходил, указывает А. М. Ларин, из учета ряда обстоятельств. Он знал, что Степан Васадзе – старый юрист, недавно отбывший наказание за взятничество. Ожидать от него в этом деле искренности и откровенности было бы по меньшей мере наивно. В данный момент единственным доказательством, непосредственно уличающим его в передаче взятки Лаврову, были показания Томаса. Если Степан Васадзе об этом узнает, то, по всей вероятности, будет отрицать данный эпизод, рассчитывая на очной ставке с Томасом склонить его к изменению показаний. Но если Гоголидзе расскажет о том, что сознался Томас, не сообщив, однако, о своей в этом деле роли, у Степана Васадзе может сложиться представление, что Томаса побудили сознаться какие-то другие веские доказательства, возможно, показания Лаврова, а потому надо искать иные пути защиты, исходя из того, что этот эпизод дачи взятки доказан неопровержимо. Этот расчет следователя подтвердился. Буквально через два дня после ареста Томаса Степан Васадзе, успев уже повидаться с Гоголидзе. явился к следователю и с порога стал говорить о взятках, которые он дал Лаврову якобы в результате вымогательства [76, 53–54].
Нет сомнений, что этот прием является не чем иным, как одним из методов психического воздействия на личность. Более того, он был реализован с использованием другого участника процесса для передачи информационного сигнала рассогласования, вносимого в модель контрагента о знании следователя с целью ее перестройки в желаемом следователю направлении. Здесь уместно напомнить слова В. И. Ленина о том, что отказываться «от лавирования, от использования противоречия интересов (хотя бы временного) между врагами, от соглашательства и компромиссов с возможными (хотя бы временными, непрочными, шаткими, условными) союзниками, разве это не безгранично смешная вещь?» [14, 57] [32] . И совершенно прав Ю. В. Корневский, полагая, что подобные приемы, основанные на маневрировании информацией, «вовсе не «следственная хитрость» (понятие неопределенное и многозначное), а не что иное, как умелое, процессуально и тактически правильное ведение следствия [122, 169].
Изложенное с очевидностью показывает, что природа и механизм формирования рассмотренных тактических приемов ничем в сущности не отличаются от природы и механизма формирования любого другого тактического элемента. В этой связи представляются необоснованными попытки определения каких-либо особых критериев допустимости применения методов психического воздействия на личность. Это не только не вызывается необходимостью и не вытекает из задач совершенствования советского уголовного судопроизводства, но, главное, вступает в существенное противоречие с содержанием и структурой системы «криминалистическая тактика – уголовно-процессуальный закон». Вопрос о допустимости конкретных тактических элементов, разрабатываемых на основе теории психического воздействия, следует решать, исходя из общих критериев допустимости тактических элементов (существующих в формах приемов и рекомендаций по их применению) в советском уголовном процессе.
1. Маркс К Заметки о новейшей прусской цензурной инструкции. – Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 1.
2. Маркс К. Дебаты по поводу закона о краже леса. – Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 1.
3. Маркс К. Тезисы о Фейербахе. – Маркс К и Энгельс Ф. Соц., т. 3.
4. Маркс К., Энгельс Ф. Немецкая идеология. – Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 3.
5. Энгельс Ф. Анти-Дюрин Г. – Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 20.
6. Энгельс Ф. Диалектика природы. – Маркс К. и Энгельс Ф. соч., т. 20.
7. Ленин В. И. Что делать? – Полн. собр. соч., т. 6
8. Ленин В. И. Уроки московского восстания. – Поли. собр. соч., т. 13.
9. Ленин В. II. Отношение к буржуазным партиям. – Полн. собр. соч., т. 15.
10. Ленин В. И. Материализм и эмпириокритицизм. – Полн. собр. соч., т. 18
11. Ленин В. И. Карл Маркс. – Полн. собр. соч., т. 26.
12. Ленин В. И. Конспект книги Гегеля «Наука логики». – Полн. собр. соч., т. 29.
13. Ленин В. И. Набросок плана научно-технических работ. – Полн. собр. соч., т. 36.
14. Ленин В. И. Детская болезнь «левизны» в коммунизме. Полн. собр. соч… т. 41.
15. Ленин В. И. Московская губернская конференция РКП (б) 20–22 ноября 1920 года. – Полн. собр. соч., т. 42.
16. Ленин В. И. Лучше меньше, да лучше… – Полн. собр. соч. т. 45.
17. Аванесов Г. А Теория и методология криминалистического прогнозирования. М., 1972.
