(92) Читай еще и о венках от жителей Херсонеса.
[Херсонесцы, проживающие в Сеете, Элеунте, Мадите и Алопеконнесе, увенчивают Совет и Народ афинский золотым венком стоимостью в 60 талантов125 и воздвигают алтарь Благодарности и Народа афинского за то, что он доставил херсонесцам величайшие из всех блага, освободив их из-под власти Филиппа и вернув им родину, законы, свободу, святыни. Во все последующее время народ никогда не перестанет сохранять благодарность и делать все, что в состоянии, ему на благо. Это постановили в общем Совете.]
(93) Итак, моей предусмотрительности и вообще моей политической деятельности удалось не только спасти Херсонес и Византию и не допустить, чтобы Геллеспонт оказался тогда под властью Филиппа, и не только удалось благодаря этому доставить почести нашему государству, но удалось еще и показать всем людям благородство нашего государства и низость Филиппа. Ведь все могли видеть, что он осаждал византийцев, хотя был их союзником, – а что́ может быть позорнее и гнуснее этого? (94) Вы же, наоборот, хотя, естественно, могли много и по справедливости даже попенять на них за ошибки, допущенные в прошлом по отношению к вам126, не только не показали себя злопамятными и не только не оставляли обижаемых без помощи, но и явно оказывались спасителями их и тем приобретали в глазах у всех славу и расположение. И вот, что многих из политических деятелей вы уже награждали венками, это все знают; но кого-нибудь другого, благодаря кому было увенчано наше государство127, – я имею в виду советника и оратора, – никого, кроме меня, ни один человек не мог бы назвать.
