(88) Затем, как мне известно, Эсхин думает уклониться от прямого ответа на предъявленные ему обвинения и, чтобы отвести вас возможно дальше от своих действий, будет распространяться о том, какие великие блага приносит всем людям мир и, наоборот, какие бедствия – война, и вообще он рассчитывает произносить славословие в честь мира и таким способом повести свою защиту71. Но и это говорит против него. Если то, что для всех остальных служит источником благополучия, для нас оказалось причиной таких огромных хлопот и беспокойств, в чем же следует искать объяснение этого, как не в том, что прекрасное по своей сущности дело они, получив взятки, обратили во зло? (89) – «Как же так? – скажет, пожалуй, он, – а триста триер и снаряжение для них и денежные средства разве не остаются у нас и не будут оставаться в запасе благодаря миру?» – На это вы должны возражать, что и у Филиппа состояние значительно улучшилось благодаря миру – вследствие заготовок вооружения, расширения границ, возрастания доходов, которые у него достигли больших размеров. – «Однако есть и у нас кое-какие улучшения», – скажут мне. (90) – Есть, конечно, но что касается руководства делами, особенно отношениями с союзниками, благодаря которому все люди обеспечивают благоприятные условия или для самих себя, или для более сильных, то у нас оно распродано этими людьми и оттого пришло в полный упадок и ослаблено, у него же стало грозным и значительно более сильным. Таким образом, если у Филиппа обе стороны возросли по милости этих людей – и число союзников, и количество доходов, то несправедливо у нас, вместо всего распроданного ими самими, ставить в счет то, что и так принадлежало бы нам после мира. Ведь одно вовсе не явилось у нас на место другого, – совсем нет, – но одно было бы у нас и так, а другое было бы добавлением к этому, если бы не они.
