Языков не обладал широтою взглядов Пушкина и был не в состоянии объективно оценить художественное произведение, созданное по иным эстетическим принципам, чем те, которых он придерживался сам.
В 1829 году Языков оставил университет, поселился сначала в Москве, а потом в своей симбирской деревне. Там он, по его собственным словам, наслаждался «поэтической ленью». Впрочем, слова о «поэтической лени» были ничем иным, как условной, в духе времени, позой.
Языков очень много работал, его стихи регулярно печатались во всех лучших журналах того времени. Гибель Пушкина Языков пережил как большое горе. Он жил тогда в своем симбирском имении и узнал о случившемся из письма Вульфа. Отвечая Вульфу, он пишет: «Где ты теперь находишься? Там, где мы некогда гуляли вместе с нашим бессмертным Пушкиным? Горько и досадно, что он погиб так безвременно и от руки какого-то пришлеца… Его губил и погубил большой свет — в котором не житье поэтам!»
Сам Языков был к тому времени тяжело болен. В конце 1837 года он уехал лечиться за границу, прожил там шесть лет и в 1843 году вернулся в Москву в состоянии совершенно безнадежном.
В последние годы жизни Языков близко сошелся со славянофилами, с которыми был знаком и прежде. Славянофильство Языкова носило воинствующий характер.
Умер он в 1846 году.
