Сущностный смысл этой строфы заключается в том, что не существует никаких объектов знания, более устойчивых, чем объекты прямого восприятия. По мнению данной школы, прямое восприятие бывает четырех типов: прямое восприятие органами чувств, прямое восприятие умом, прямое восприятие одновременным самопознающим сознанием, прямое йогическое восприятие. Все эти четыре вида восприятия свободны от ума, создающего понятия.
Философы-саутрантики говорят также о мельчайших частицах материи и кратчайших моментах мысли. Подобно реалистам-вайбхашикам они признают, что все дхармы прошлого, настоящего и будущего существуют реально, однако они не соглашаются с тем, что несоставные дхармы, такие как пространство и другие, являются и постоянными, и непостоянными.
(Б)
Посредством практики этого пути должны быть постигнуты Четыре благородные истины в совокупности со своими шестнадцатью аспектами, например, непостоянство и т. д.
Как объясняется в “Своде действенных рассуждений” и в “Комментарии” Дхармакирти, под мудростью, которую следует развивать, имеется в виду интуиция, постигающая, что образ собственного “я”, созданный вследствие навешивания словесных ярлыков, не имеет никакого собственного реального бытия. Это — мудрость, постигающая вашу собственную, свободную от “я”, природу.
Эта школа считает, что путь Махаяны заключается в длительной практике этой мудрости в сочетании с целеустремленным желанием принести пользу живым существам. Путь Хинаяны, по их мнению, является практикой только лишь первого из этих моментов, в нем не уделяется достаточного места состраданию и тому подобному. Махаяна, как они считают, ведет к полному состоянию Будды, а Хинаяна — к нирване Архата.
Излагая традиции Махаяны и Хинаяны, саутрантики говорят о пяти уровнях пути: накопления, подготовки, прозрения, медитации и вне практики. Однако они не признают учения о десяти ступенях, составляющих пути интуиции и медитации.
Главное назначение практики пути они видят в устранении омрачающих заблуждений приверженности к “я” своего потока бытия. Они утверждают, что есть неведение, сопряженное с клешами, и неведение, не сопряженное с клешами. Однако они не говорят ни о приверженности к представлению о наличии собственной природы внешних дхарм, ни об омрачениях, затемняющих мудрость всеведения.
(В)
Согласно философам саутрантикам, в результате продолжительной практики пути, ведущего к полному состоянию Будды, — пути мудрости, постигающей отсутствие “я”, которая соединена с возвышенным желанием принести благо другим, — происходит полное искоренение двух видов неведения и тем самым реализуются три особые свободы и три особых прозрения, представляющие собой высшее благо для самого себя. Затем, чтобы принести высшую пользу другим, вы поворачиваете могущественное Колесо Дхармы и наставляете на путь бесчисленных существ
Таково их представление о пути к полному состоянию Будды. Что же касается малого просветления нирваны Архата, то оно достигается только лишь посредством медитации о шестнадцати аспектах Четырех благородных истин и устранения неведения, связанного с клешами.
Этим завершается мое разъяснение индийских школ философии Хинаяны.
По определению, махаянский философ — это последователь индийской философии, не считающий существование внешнего мира истинным бытием. Это определение соответственно подразумевает, что ни одна из школ Махаяны не приписывает внешнему миру статуса истинно существующего. Ни читтаматра, ни мадхьямика не признают, что внешний мир существует отдельно от ума даже на относительном уровне; и хотя мадхьямики-прасангики и сохранившиеся школы сватантриков все же признают существование внешнего мира, они ни коим образом не приписывают этому миру статуса реального в каком-либо абсолютном смысле.
Различные философы Махаяны древней Индии объединялись в две главные школы: читтаматра и мадхьямика.
Я познакомлю с традицией философии читтаматры, придерживаясь следующего плана из трех пунктов: (I) характеристика философа школы читтаматра, (II) деление на подшколы, (III) существующая структура философии читтаматры.
Характеристика философа школы читтаматра такова: это последователь философии Махаяны, не признающий бытия внешнего мира как сущего, отличного от ума, но признающий истинное бытие объектов восприятия.[47]
