Начинается все этоПриблизительно вот так:Отпросилась МариеттаВ поле рвать пунцовый мак.Как ни странно, но однакоВ поле этом – до-ре-до —Оказались, кроме мака,Три сержанта из Бордо.По характеру был первыйВсех товарищей скромнейИ, щадя девичьи нервы,Улыбнулся только ей.Был второй нахал сугубый,Удивительный нахал.Мариетту прямо в губы,В губы он поцеловал!Ну, а третий МариеттеВсех других милее был!Догадайтесь, как же третий,Как же третий поступил?Ах, сударыня, при дамеРассказать нельзя никак.Коль узнать хотите, самиВ поле рвать идите мак!<p>Две сестры</p>Их две сестры. Одна от неба,А та, другая, от земли.Я тщетно жду, какую мне быДать боги случая могли.Вот ту, которая от неба,Иль ту, другую, от земли?Одна, как статуя мадонны,Ну а другая, как вертеп.И я вздыхаю сокрушенно,В которую влюбиться мне б.Вот в ту, что статуя мадонны,Иль в ту, другую, что вертеп?Но та, что статуя мадонны,И эта, что наоборот,Вдруг улыбнулись мне влюбленно.С тех пор сам черт не разберет,Где та, что статуя мадонны,И эта, что наоборот!<p>Странный вопрос</p>У моей знакомой СониЕсть ТальониВ медальоне на груди!Ну, а рядом с той ТальониВ том же самом медальонеНа груди у милой Сони,Ту Тальони заслоня,Помещен недавно я!Почему?– Потому!<p>О слонах и о фарфоре</p>Покушав как-то травку,Зашел слон по деламВ фарфоровую лавкуИ… повернулся там!Мораль сей басни впереди,Она острей булавки.Коль ты есть слон, то не ходиВ фарфоровые лавки!<p>Семь сестер</p>На Введенской до сих порПроживает семь сестерСловно семь кустов жасмина:Дора,Люба,Лена,Нина,Катя,ТаняИ еще седьмая Маня…В каждой, как по прейскуранту,В каждой скрыто по таланту.НинаИграет на пианино,ЛюбаДекламирует Соллогуба,Лена —Верлена,А Дора —Рабиндраната Тагора.У Тани, у КатиВ гортани две Патти.Катя же кстати немножкоИ босоножка!Но всех даровитее Маня!Ах, Маня, талантом туманя,К себе всех знакомые влечет!Она лишь одна не декламирует,Не музицируетИ не поет.<p>Триолеты в бензине</p>
