Суд, который рассматривает определенное деяние, совершенное лицом в конкретной обстановке, может уже учитывать обстоятельства, которые законодатель, исходящий при конструировании составов преступлений из типовой опасности подобного рода деяний и лиц, виновных в их совершении, не учитывает, да подчас и не может учитывать (такие, например, как конкретный вред от посягательства на определенный объект, распространенность посягательства и обстановка его совершения, ряд признаков, характеризующих личность виновного, причины совершения преступления, его мотивы и т. д.). Оценив эти обстоятельства с точки зрения их влияния на степень общественной опасности деяния и деятеля, суд может прийти к выводу о целесообразности того или иного вида наказания, о целесообразных сроках наказания или о нецелесообразности применения наказания к данному преступнику вообще, исходя из задач как общего, так и специального предупреждения.
Суд в любом случае может применить уголовное наказание к лицу, совершившему преступление, но обязан он это делать не во всех случаях. Суд обязан применить наказание, если общественная опасность деяния и преступника таковы, что для осуществления целей, которые преследовал законодатель, устанавливая уголовную ответственность за совершение подобного рода деяний, в конкретном случае необходимо реальное применение мер уголовного наказания. Если же эти цели достижимы и без наказания, то, несмотря на существующие право суда подвергнуть виновного мерам наказания и обязанность гражданина подчиниться им, суд может применить к виновному не уголовное наказание, а иные меры.
Так будет, например, в случаях, предусмотренных ст. ст. 51, 52 и 63 УК РСФСР. Законодатель не случайно указывает в этих статьях, что суд может (но не обязан) освобождать от уголовной ответственности, ибо вопрос здесь упирается в целесообразность применения мер уголовного наказания. Если в подобных случаях суд приговорит виновного к отбытию наказания, то приговор может быть изменен или отменен вышестоящим судом как необоснованный, нецелесообразный ввиду несоответствия назначенного наказания тяжести преступления и личности осужденного (ст. ст. 342, 347, 350 УПК РСФСР), но не как незаконный, что было бы, если бы гражданин был осужден при отсутствии в его действиях состава преступления (ст. ст. 5, 259, 342, 345 УПК РСФСР). И в подобных случаях необходимо прежде всего установить наличие уголовной ответственности конкретного лица, чтобы затем решить вопрос о целесообразности замены уголовно-правовых мер мерами общественного воздействия.[222]
Итак, совершение лицом деяния, содержащего в себе состав какого-либо преступления, необходимо и достаточно для возникновения уголовной ответственности. Уголовная ответственность возникает при наличии в действиях виновного состава преступления независимо от степени опасности его личности (но не самой его общественной опасности). На вопрос, имеют ли какое-либо значение обстоятельства, характеризующие общественную опасность виновного субъекта, для возникновения уголовной ответственности за совершенное им деяние, можно ответить: «да, имеют», поскольку они отражены в элементах состава совершенного им преступления, и «нет, не имеют» в отношении обстоятельств, характеризующих личность виновного, но не получивших отражения в установленных в законе признаках состава преступления. Эти последние обстоятельства учитываются при решении вопроса о возможности освобождения от уголовного наказания и при определении размера наказания.
Преступление – общественно опасное деяние человека, поступок, в котором выражается отношение человека к обществу, коллективу, другим людям. Являясь актом поведения, преступление не независимо от нравственных и психических особенностей человека, не есть механическая, импульсивная реакция на внешние воздействия или внутренние импульсы. Напротив, преступное деяние (как умышленное, так и по неосторожности) является в той или иной степени следствием и выражением общественной сущности личности правонарушителя, в той или иной степени адекватно выражает антиобщественную сущность личности или ее внутреннюю противоречивость, нестойкость ее нравственных принципов, ибо преступлениями признаются лишь виновные общественно опасные деяния.[224]
Личность в своем реальном бытия может представлять единство противоречивых нравственных взглядов и отношений с окружающей действительностью. Наличие подобных противоположностей в их борьба обусловливают существование противоположных возможностей, тенденций поведения.
