Избранные труды (сборник) полностью

Так, по делу К-ва Верховный Суд СССР указал, что при определении наказания по ст. 2 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 4 июня 1947 г. «Об уголовной ответственности за хищение государственного и общественного имущества» по признакам крупного размера хищения, суд при особо крупных размерах хищения не должен ограничиться минимальной санкцией этой статьи. К-в похитил социалистическое имущество на 45 тыс. руб., а суд первой инстанции назначил ему минимальное наказание по ст. 2 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 4 июня 1947 г. «Об уголовной ответственности за хищение государственного и общественного имущества». Верховный Суд СССР приговор отменил и направил дело на новое рассмотрение[303]. При наказуемости за мелкое хищение суд также учитывает конкретный размер ущерба.

При назначении наказания за хищение, граничащее по размерам ущерба между мелким и средним, суды часто прибегают к использованию ст. 51 УК. Частое употребление ст. 51 УК, строго говоря, противоречит исключительному характеру этой нормы. При хищении на сумму среднюю между мелким и немелким хищением таких исключительных обстоятельств нет. Тем не менее использование ст. 51 УК в ряде случаев целесообразно и пока неизбежно. Наказание по Указу Президиума Верховного Совета СССР от 10 января 1955 г. «Об уголовной ответственности за мелкое хищение государственного и общественного имущества» (шесть месяцев исправительно-трудовых работ или три месяца лишения свободы) и Указу Президиума Верховного Совета СССР от 4 июня 1947 г. «Об уголовной ответственности за хищение государственного и общественного имущества» (семь-десять лет лишения свободы) не учитывает плавного перехода общественной опасности хищения от мелкого к среднему. Это и вынуждает суды к частому применению ст. 51 УК. Необходимость в этой мере отпадает, как только законодатель приведет в соответствие санкции мелкого, среднего и крупного хищения.

Тяжесть преступного ущерба должна учитываться при определении меры наказания за все без исключения преступления, в том числе и тогда, когда основанием для признания деяния квалифицированным видом преступления служит не величина ущерба, а другие отягчающие обстоятельства. Например, по ч. 2 ст. 175 УК истребле ние или повреждение имущества признаются квалифицированными, если они совершены путем поджога, затопления и иным общеопасным способом. Самое признание указанных способов истребления имущества отягчающими обстоятельствами связано прежде всего с тем, что применение этих способов может причинить значительный ущерб имуществу. Поэтому при назначении наказания за истребление имущества путем поджога, затопления и тому подобным способом суд обязательно должен учитывать фактически причиненный и возможный ущерб.

Так, Т., поссорившись со своей сестрой, поджег дом. Он был осужден по ч. 2 ст. 175 УК. Сумма причиненного материального ущерба равнялась 490 руб. Председатель Верховного Суда РСФСР принес протест на приговор, считая чрезмерно суровой избранную судом меру наказания: «Учитывая конкретные обстоятельства дела, наличие на его (Г. – Н. К.) иждивении двух малолетних детей и то, что ущерб, причиненный пожаром, является незначительным, нахожу возможным снизить Г. наказание»[304].

Аналогично и положение при назначении наказания за квалифицированные виды хищения социалистической собственности. Повторность и воровская шайка опасны прежде всего тем, что они причиняют социалистической собственности значительный ущерб.

Недостаточный учет этой связи между шайкой и повторностью, с одной стороны, и ущербом хищения – с другой, может привести к неправильной индивидуализации наказания. Такую ошибку допустил, например, суд в деле С. Работая в колхозе заправщиком горючего, С. за период в 13 дней похитил с поля совхоза 303 кг ржи. За повторное хищение социалистической собственности он был осужден по ст. 2 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 4 июня 1947 г. «Об уголовной ответственности за хищение государственного и общественного имущества» на двадцать пять лет лишения свободы. Верховный Суд СССР приговор отменил и указал в частном определении, что Верховный Суд УССР незаконно оставил в силе явно несправедливый по суровости наказания приговор: наказание было определено без учета личности виновного и не в соответствии с тяжестью причиненного социалистической собственности ущерба[305].