Рассеянный свет у входа в часовню, три коридора – правый, по которому приходили паломники, прямой, широкий, по нему также ходили братья, совершавшие служения, и левый, уходящий к лестнице, что вела вниз, под часовню, в сложное переплетение коридоров, разделенных пилонами и металлическими заграждениями. Да, не раз и не два в этих коридорах гибли нечестивцы, не сумевшие найти проход наверх… впрочем, наверху их всегда кто-то ждал, и в этом случае нечестивцам тоже приходилось несладко.
Четки тихо пощелкивали. Ит, как завороженный, следил за собственными руками, совершавшими мелкие, незаметные движения, перегоняющие камушки по тонкой стальной нити, одетой мягким силовым полем. И так же размеренно, привычно и слаженно звучали у него в голове слова молитвы.
Звучали бы и дальше, но тут, где-то в глубине левого коридора, вдруг лязгнул металл.
Ри торопился. То, что он задумал, надо было делать сейчас, ночью, во время осеннего праздника, когда половина монахов из монастыря уехала в городской собор на большой молебен. План коридоров у него имелся уже давно, но время для проникновения в монастырь пришлось выбирать долго, почти год. Сейчас – самое то. На посту возле ее усыпальницы только один монах, а не трое, как положено. Монахи, конечно, подготовлены очень неплохо, но и сам он тоже не промах, к тому же у него пусть легкая, но броня, да еще и оружие имеется. Справится. Корпус защищен хорошо, все подогнано, все ладно. Посмотрим, много ли монашек сможет против этой защиты и чем ответит на «домашние заготовки». Ри усмехнулся углом рта. Монахи… Орден извращенцев. Как земля таких носит, понять невозможно.
О монастыре слухи ходили разные. Очень разные. И не всегда благопристойные. Якобы монахи используют тело Незримой для каких-то грязных ритуалов. Якобы даже совокупляются с ней, беспомощной и беззащитной. Якобы… Ри даже передернуло от омерзения. Что бы ни говорили, а ей в любом случае там не место. Ее нужно спасти оттуда, во что бы то ни стало! Еще несколько лет назад, впервые увидев одну из икон Незримой, он это понял и уже тогда начал стремиться к цели, кому-то другому, возможно, показавшейся бы безумной.
Ее надо выкрасть оттуда. Выкрасть и забрать, увезти. Спрятать от этих мерзавцев! А потом, может быть… Ри даже зажмурился на секунду, настолько смелая его посетила мысль. Были где-то во вселенной сверхцелители, способные возвращать умерших. И если найти их, то… Да, на это могут уйти годы. Возможно, даже вся его жизнь. Но разве это важно? Лишь бы она в какой-нибудь неимоверно прекрасный день открыла глаза и улыбнулась ему, Ри, той самой светлой ангельской улыбкой, которой улыбалась тогда с иконы!.. Да за это можно горы свернуть, не то что прикончить монаха-извращенца, который…
Задумавшись, он случайно наступил на валяющуюся под ногами металлическую полосу. По коридору пронесся лязг. Все, можно больше не таиться, он себя обнаружил. А, ладно! К черту эти предосторожности.
Ри сверился с планом и бегом кинулся в боковое ответвление коридора.
Когда он выскочил к дверям часовни, монах уже ждал его, держа на изготовку боевые игольчатые шары. Облачение, аккуратно сложенное, лежало у дверей, краем глаза Ри успел заметить кольцо четок, поблескивающее в свете неярких ламп. На монахе осталась лишь белая рубаха да темно-синие штаны чуть ниже колен. И он был босым.
– Уйди с дороги, – тяжело произнес Ри, вытаскивая парализатор.
– Прости мне, Всевышний, это прегрешение… – едва слышно сказал монах.
– Парень, вали отсюда, по-хорошему прошу!
– И ниспошли сил…
– Ща ниспошлю, – пообещал Ри, и в монаха полетел первый фиолетово сияющий луч. Тот немного сдвинулся вбок, и луч, не задев его, врезался в металлическую дверь. В воздухе запахло озоном.
Монах вдруг крутанулся на месте, и Ри едва успел отпрянуть в сторону – парень в долю секунды оказался рядом, и шар, усыпанный острыми стальными иглами, просвистел в нескольких сантиметрах от лица Ри. Он махнул рукой, закованной в тяжелую боевую перчатку, и тут уже пришлось уворачиваться самому монаху – реакции Ри ничуть не уступали его собственным.
Темп драки стремительно нарастал. Оба противника, сначала осторожничавшие, уже оценили реальные силы друг друга и вместо пробных атак перешли к настоящим. Ри мысленно поблагодарил мироздание за то, что надел броню – один удар игольчатым шаром по спине он все-таки пропустил и, если бы не броня, валяться бы ему в луже крови, а так он всего лишь ощутил легкий тычок, не более того. Зато и монаха достать удалось, от души врезав ему по скуле броневой перчаткой, – парень отлетел в сторону, даже в стену врезался, но, к сожалению, ориентации не потерял и выигрышных секунд Ри не предоставил.