Это ветер. Это должен быть... просто ветер.
Ища что-нибудь, чтобы успокоиться, он уставился на озерцо теплого желтого
света, лившегося из единственного окошка домика. Подрагивавшее представление света
и теней разыгрывалось в переплетенных зарослях мертвого малинника, окружавшего
дом, отчего колючие ветки двигались как живые - и он старался не видеть ничего
зловещего в этом постоянном движении. Нет, вместо этого он задержал взгляд на свете
и попытался представить себя внутри, перед очагом, греющим руки и ноги, как его
слабые мышцы сбрасывают тургорное напряжение - защитную реакцию на холод.
В своих тщетных мечтах он представлял, как его кормилица улыбается ему,
протягивает руки, призывая его уютно устроиться в безопасности рядом с ним. Он
фантазировал, как она гладит его волосы и не обращает внимания на то, что они
грязные, предлагает ему еду - неиспорченную и нетронутую. Потом он бы выкупался,
очистив свою кожу и сняв с шеи ошейник. Мази смягчили бы его боли, а потом она
сказала бы ему, что его несовершенство не имеет значения.
Она простила бы ему его существование и прошептала бы, что его мамэн на
самом деле любит его и скоро за ним придет.
И тогда он наконец-то уснул бы беспробудным сном, страданиям пришел конец...
Очередное завывание ветра прервало его раздумья, и он поспешил вернуться в
реальность, вновь всматриваясь в заросли и стоящие скелеты деревьев.
https://vk.com/vmrosland
Так было всегда, это метание между ощущением необходимости осознавать свое
окружение на случай нападения... и его поисками убежища в мыслях, чтобы избежать
того факта, что он ничего не мог поделать, чтобы спасти себя.
Прижав голову к плечу, он снова зажмурил глаза.
Он тешил себя еще одной фантазией, хотя и нечасто. Он притворялся, что его
отец, о котором кормилица никогда не говорила, но которого Кор представлял
беспощадным борцом за благо расы, приехал на боевом коне и спас его. Он представлял,
как великий воин обращается к нему, зовет к себе и сажает высоко в седло, с гордостью
называя его "сыном". Они пустятся вскачь галопом, и грива будет хлестать Кора по
лицу, когда они отправятся на поиски приключений и славы.
На самом деле это было так же маловероятно, как и то, что его с
распростертыми объятиями примут в дом...
Вдалеке послышался топот лошадиных копыт, возвещающий о чьем-то
