На небе сверкнула молния, и уши заложил запоздалый раскат грома. Старл поежился. Запах из шалаша усилился и в следующий миг юноша почувствовал чудовищный поток энергии, столпом вырвавшийся из шалаша. Пука и Бруно отбросило в разные стороны. Старл не успел среагировать – поток энергии накрыл его с ног до головы и поднял в воздух. Руки и ноги растянуло по всей длине невидимой силой. Старл сжал зубы. Больно заныли сухожилия. Хрустнули суставы. Бруно и Пука по левую и правую сторону от юноши прижало к земле. Шкура на входе в шалаш шелохнулась. Маленькая зеленая ручка откинула шкуру, и из шалаша показался сгорбленный гоблин с большими синими глазами, в шапке и посохом в руках. Гоблин даже при свете луны казался очень старым. Он с трудом передвигался. Зеленая кожа, покрытая морщинами, свисала. Под его глазами висели мешки. Он был чрезвычайно худ, даже тощ. У старика торчали ребра и прорисовывались сухожилия. Гоблин выставил перед собой посох и сделал в воздухе полукруг.
– Чистый значит, – пропыхтел он.
Старл заметил маленький череп на конце посоха в руках гоблина, но не успел он рассмотреть, кому принадлежал череп, как тело, словно тысячами иголок пронзила боль. Старл зажмурил глаза, дыхание перехватило.
– Больно, да? – спросил Сокрал. – Если честно я не вижу объяснений твоей наглости, человек. Кем вы возомнили себя, что просто так посмели нарушить мой покой?
– Не хочешь умирать, да?
Сокрал повел посохом, и Старла пронзило болью. Руки, ноги, шею, ребра начало выкручивать в стороны.
– Твой друг боится.
– А бедное животное ничего не поймет.
– Хочешь увидеть, как земля заберет их прах, а моя душа их души? – гоблин впился холодным взглядом в юношу.
– Иначе, зачем ты привел их сюда?
Сокрал закрыл глаза и глубоко вздохнул, втягивая ноздрями аромат благовония из шалаша.
– Старл… Ты привел их сюда мальчишка. Я атеист Старл, для меня нет морали, нет чувств, души и сострадания, нет того чему вы верите, нет Богов, которым поклоняетесь вы. Единственный Бог здесь это я. Бог внутри себя и для себя и я не живу вашими взглядами. Если я хочу убить, я убью, если я хочу что-то сделать, я это сделаю, и мне неважно, ПРАВИЛЬНЫМ ли это покажется вам. Я живу для себя, и я вас не звал в свою жизнь… – гоблин замолчал – Ты чистый человек. Но если ты мне не понравишься, я тебя убью. ПРОСТО ТАК. Потому что мне будет интересно понаблюдать за твоими муками и забрать чистую душу себе. Но мне интересно… Как ты сумел пройти сквозь защиту?
– Как тебе это удалось?
Юноша почувствовал, как по телу снова растекается кровь, наполняя сосуды и вены.
– Я знал путь: два дня на Восток, потом день на Запад и оттуда к вам нас вывел светящийся шар. Я от…
– Я больше ничего не спрашивал, – перебил его Сокрал. – Когда спрошу тогда и ответишь. Кто сказал тебе путь?
– Мой учитель Евлампий.
– Евлампий?
– Ты не врешь, – кивнул он.
– Вы сможете мне помочь?
– Помочь? Только в честь того что ты назвал мне его имя я позволю тебе убраться отсюда живым… Откуда ты знаешь Евлампия?
– Это мой учитель.
– Ты ученик Евлампия?
– Да.
– Что же, ты не врешь, я вижу это… Хм. Так уж и быть, я отпущу их, – шаман указал на Пука и Бруно. – Я уважаю этого человека. Но ты сделал ошибку, что пришел сюда. Почему ты здесь? Почему Евлампий не предупредил тебя? – гоблин на несколько секунд замолчал, но продолжил, – к тому же, я вижу, что ты сырой. Ты недоучка. И было бы глупо, если бы Евлампий послал тебя сюда на испытание. Ты… ты бы не вернулся. Если это так, то уходи. Уходи и передай ему, что он теряет хват или же недооценил меня, раз считает, что такой сопляк может вот так явиться на встречу!
– Убирайся, пока я не передумал!
– Сокрал, все не так как вы подумали. Мастер передал вам письмо, – Старл с трудом поднялся на ноги и залез в сумку. – Я должен был сказать вам сразу.
Он достал свиток и показал его гоблину. Гоблин недоверчиво посмотрел на свиток в руках Старла.
– Что-то случилось?
– Прочитайте.
– Стой на месте.
