– Оставь меня, – юноша услышал собственные слова. – Оставь.
– Кто ты?
– Я не пойму… ВАС.
– Старл, сынок, открой глаза.
Юноша нахмурился. Это был голос МАТЕРИ. Он опустил руки и открыл глаза… То что он увидел взорвало сознание. Из горла вырвалось лишь пустое «а-а». Он был дома. В далеких Удалых гномах. Сидел на своей кровати, опершись о стену спальни и укутавшись в одеяло. Перед ним стояла мать. Старая гномиха широко улыбалась. В ее руках была миска с молоком.
– Все в порядке сынок, это был всего лишь страшный сон.
Старл непонимающе смотрел на мать. Табуретка в углу, стол, его кровать, сундук и шкаф. Из окна, задернутого занавеской, слышался шум и шел яркий утренний свет южного солнца. Деревня уже жила своей жизнью.
– Все хорошо, милый, просто кошмар. В таких случаях говорят: куда ночь, туда и сон. Попей лучше молочка – она протянула миску Старлу, и он трясущимися руками взял ее у матери и отпил молоко. Вкусно.
– Наверное, сегодня ты не пойдешь на пашню сынок. Тебе нужно полежать, придти в себя, – мать подошла к занавеске и одернув ее выглянула в окно. С улицы в комнату проник солнечный свет.
– Это был ужасный сон, мам. Я хочу поскорее его забыть, – услышал он свои слова.
– Все будет хорошо, малыш… Ты же любишь маму, Старл? Защитишь ее?
– Мама беспокоиться за тебя, малыш, ей очень больно там, – мать обернулась – Ты не хочешь познать это, Старл?
Старл выронил миску с молоком из рук. Молоко впиталось в одеяло. комнату наполнил тот самый запах… Нет, ВОНЬ, вонь из снов. Мать уже не была похожа на саму себя. Ее лицо покрылось бледностью. Щеки впали. На груди зияла рана с запекшейся кровью. Старл почувствовал, как проваливается куда-то его сознание…
– Там сокровенно Старл, то, что можно освоить не ощутив. Прикоснувшись к чему можно сгореть, а одернувшись – замерзнуть.
Старл слышал голоса. Разные голоса. Там были звонкие детские голоса, женские и мужские. Он снова почувствовал землю под собой. Он был на поляне.
