Эта история перенесет дорогого читателя во времена, когда простые люди верили в нечисть и жили в постоянном страхе: ведь совсем рядом с деревней находился Скверный лес, откуда никто и никогда не возвращался… по крайней мере живым.В один из дней главная героиня по имени Ванда вынуждена остаться в избе с младшим братом до приезда родичей. Она никогда не любила сидеть с Краком и поняла, что с его рождением ее жизнь стала только хуже: пока все подружки шили кукол и водили хороводы, девушка послушно выполняла обязанности старшей сестры."Лучше бы тебя полуденица при рождении забрала".Такие мысли часто посещали ее, но все меняется в тот день, когда, нарушив указ отца, Ванда оставляет младшего брата одного в доме, а сама уходит к соседке.Какой же ужас охватывает главную героиню, когда она приходит в пустую избу. Куда делся Крак? И сможет ли Ванда вернуть его домой? Какую жертву она принесет, спасая брата?Ответы на вопросы дорогой читатель узнает на страницах этой книги.
Ванда, сложив руки на переднике, послушно кивала головой. Она старалась запомнить все домашние дела, которые поручала ей матушка.
– … хлеб испеки, да садник1 не сломай, как в прошлый раз, – хмуро проговорила женщина. – возьми коромысло и воды из колодца принеси, ковры только не замочи…
Это продолжалось бесконечно.
Ванда посмотрела на беззаботного младшего брата, который увлеченно играл у печи своими деревянными игрушками, сделанные отцом.
«Когда мне было восемь лет, я не играла в свои игрушку, потому что родился ты, и матушка постоянно заставляла ухаживать и следить за тобой, – девушка сдвинула брови, – как было бы хорошо, если бы ты…»
– Ванда! – женщина, уперев руки в бока, недовольно смотрела на дочь. – ты слушаешь меня? Ты уже взрослая, не заставляй ставить тебя на горох.
– Слушаю, матушка. Не надо на горох! – девушка с мольбой посмотрела в глаза матери.
– Тогда ещё печь от сажи прочисть.
Ванда тяжело вздохнула и кивнула. Все детство она то и дело, что смотрела за Краком, помогала по дому и вела хозяйство. Как она устала.
Людмила подошла к сыну и, гладя его по голове, начала тоже давать «наставления».
«Помогай сестре, – процитировала женщину Ванда, – от его помощи мне только работы прибавится».
– Матушка много работы тебе поручила, – перед девушкой возник отец, – с которой ты, я уверен справишься, как и всегда. А если что-то, вдруг, сломаешь- не беда, я починю, – мужчина погладил дочь по голове и поцеловал в макушку.
Ванда знала, что отец ее очень любит, она чувствовала это: он никогда не кричал на нее, на горох не ставил, матери не давал руку поднимать, а если дочь где-то провинилась, то садился и беседы с ней серьезные вел, после которых она послушной была. Мать тоже любила, но сухо: слова ласкового не скажет, не прижмёт, только задачи раздает, да сухо хвалит.
– Сходи вечером в соседний двор, с Ладой куклы пошейте, песни попойте, а я тебе платок цветастый привезу…
– Какой пла… – мать не успела договорить. Увидела хмурый взгляд мужа, который был на нее направлен, сразу замолчала.
– Самый красивый платок привезу, все в деревне обзавидуются, —Вуйко тепло улыбнулся, – береги только братца, не отпускай гулять одного и к лесу Скверному не подходите, – отец внимательно посмотрел в глаза дочери. – поняла, Ванда?
– Да, батюшка, – девушка не слышала слов остерегающих, которые отец ей толковал, все мысли были будущей обновкой заняты.
«Блуд взгляда своего от меня не посмеет отвести, полюблюсь ему», —воодушевлялась Ванда.
Отец и мать подошли к красному углу и начали в унисон читать молитву:
«Услышь, Боже, голос мой в молитве моей, сохрани жизнь мою от страха врага; укрой меня от замысла коварных, от мятежа злодеев, которые изострили язык свой, как меч…»2.
Перекрестились.
– Помни, что я тебе говорил, дочь моя.
Родители ещё раз дали наставления детям и, сев в повозку, отправились в путь.
– Крак! – сестра недовольно посмотрела на брата, уперев руки в бока. – кто тебя просил?
Мальчик сидел на мокром ковре с пустым ведром.
– Я хотел помочь тебе. За водой пошел, чтобы ты хлеб испекла, а как вошел в дом, так о порог споткнулся, – чуть ли не плача ответил брат. – прости, Ванда.
– Глупый, бестолковый! – сестра с ненавистью смотрела сверху вниз на мальчика. – иди в игрушки играй, а то брошу их в печь вместо дров, а батюшке скажу, что опять потерял!
Крак поднялся и, шмыгнув носом, пошел к печи к игрушкам своим.
«Злая, Ванда, совсем не любит меня, я же помочь хотел, ну споткнулся, с кем не бывает», – думал про себя мальчик и еле слезы сдерживал.
«Родичи только уехали, а мне с ним ещё три дня сидеть, – причитала про себя девушка, – обуза».
Ванда активно выполняла поручения матери, чтобы до вечера управиться и к подружке в соседний двор сходить, песни попеть да кукол пошить.
Крак же, забыв о ссоре с сестрой, увлеченно играл в углу. Заметив, что Ванда начинает печь от золы очищать, быстро поднялся и подбежал, чтобы помощь предложить. Матушка всегда ему разрешала.
– Ванда, давай я по…
– НЕТ! – сдвинув брови прервала брата девушка, – только хуже сделаешь, руки не из того места растут у тебя.
Крак не выдержал слов злых от сестры и выбежал из избы попутно слезы тыльной стороной ладони вытирая.
«Плохая, плохая, плохая! Приедут маменька с папенькой, все им расскажу, как она обижала меня и обязывала. Пусть батюшка не дарит ей платок никакой, а матушка, чтобы на горох всё-таки поставила и запретила к Ладе во двор ходить», – мальчик вышел на небольшую поляну недалеко от дома и присел, подобрав ноги под себя.
Крак сидел перед Скверным лесом, про который сестра ему сказки на ночь жуткие выдумывала:
«И живут в том лесу вурдалаки, которые из могил своих поднимаются да в дом родной идут, чтобы выпить кровь родных своих и знакомых. А в озере, где вода цвета грязи, живут русалки, которые путников своим волшебным пением и красотой завораживают да в воду затягивают и топят. Водяной любит живот человеченкой свежей набить», – вспоминал рассказ сестры Крак.
