Миссис Куанс ты самая худшая домахазяйка во всей акруге такшто не имеешь права судить другую женщину. Это правда што она держит бордель в Сорсбери но теперь она трахаеца бесплатно. Ее трахает старый герцог каждую неделю но ей нравица молодой больше и старая карга знает как хорошо обслужить парня.
Но ты не лучше. Собственую дочь превратила в шлюху. Она хотела захомутать племяника герцога. Так он от нее смылся а от меня не уйдет. Когда я его поймаю то оторву ему руку и буду бить его пока он кровью не станет ссать.
В деревне Энид перетрахали поголовно все мужики. Она знает што делать с мужским хреном. Если бы у ее папаши что-нибудь болталось между ног, он бы тоже ее трахал. Он бы должен быть не настаятелем а стаятелем ха ха ха.
Я тоже трахну Энид но только когда мне надоест Люси Ллойд. Она здорово это делает, у нее большой опыт. Папаша проткнул ее когда ей было десять лет и ей понравилось и все еще нравится.
Начинаю работать своим ножиком. Я вонзил ево в овцу распорол ее брюхо как раз когда подошли гриннакеры и они не догадались што это я. Как я хохотал потом. ха ха ха для меня и моего ножика работы предостатачно. Здорово вспарывать животы а еще больше люблю вырезать малышей из беременых брюх.
Нашел возможность проверить Бетси. Положил на стол том Гиббона «История упадка и разрушения Римской Империи» и сел. Когда она вошла в комнату, я сказал:
– Кажется, там нужная мне книга.
Она взяла ее и пошла ко мне, но я произнес:
– Нет, сперва скажи название.
Она замерла, странно посмотрела на меня и сказала:
– Сэр, я не умею читать.
Конечно, может быть, Бетси лжет. Если она пишет анонимки, лучше всего притворяться неграмотной.
Только что совершил самый глупый поступок в моей жизни и чуть не погиб: я пытался перейти болота.
Погода была отличная – морозный солнечный и очень ясный день. Можно было увидеть дорогу к Аптон Дин в нескольких сотнях ярдов. Камней для спуска я не нашел, но можно было наступать на кочки. Вонь от гниющих морских водорослей и тухлой воды невыносима. Лед на лужицах трескался под ногами словно пирожная глазурь и лишь в некоторых местах был достаточно твердым, чтобы выдержать мой вес. Но я мог провалиться глубоко в прорубь. Мои ноги постоянно проваливались, не находя terra firma[12], и тогда мне пришлось вернуться назад и поискать другой путь.
Вдали в двадцати или тридцати футах я заметил твердую почву, Между нами лежало болото, в котором некуда было поставить ногу. Поэтому я решил вернуться назад. Мне казалось, что шел точно по своим следам, но, возможно, где-то ошибся, левая нога провалилась по колено и продолжала тонуть. Я подтянул правую для равновесия, но и она начала погружаться. Грязь чуть было не залилась в сапоги, но я успел наклониться в сторону и схватился за пучок травы на кочке. К счастью, я на нем удержался какое-то время – десять секунд? минуту? – и висел, чувствуя, как меня засасывает, и думая, скоро ли совсем затянет. Потом я медленно начал вытаскивать правую ногу из вязкой жижи и в итоге сумел поставить ее на кочку. Когда смог выпрямиться, то высвободил из болотного плена вторую ногу.
Почистив сапоги, я направился в магазин. Миссис Дарнтон откровенно напряглась, когда я задал ей несколько вопросов: что происходит с письмом, когда его приносят на почту? Она клеит марки сама? Миссис Дарнтон уставилась на меня, вероятно, подумав, что я спятил.
– Конечно нет. Их забирает тот же курьер, который привозит почту, и марки клеятся в Торчестере.
Я услышал то, что хотел. Эта высокая женщина с черными глазами показалась довольно напуганной, когда произнесла:
– Хватит вопросов, мистер Шенстоун. Вы собираетесь что-нибудь купить?
