Она положила фотографию и стала листать свой журнал памяти, проектируя размытое изображение, прежде чем оно сбежит. Когда она уставилась на него, другое туманное изображение повторно появилось в ее уме.
Завитые, волнистые линии простирались вдоль края ярко-розовой страницы.
Она узнала бумагу из старого дневника, в котором раньше писала, когда была младше... пока она не заскучала. Она вспомнила, что использовала его, чтобы жаловаться на раздражающие вещи, которые делала ее сестра. Но она писала что-то еще?
Софи порылась в памяти, пытаясь сфокусировать изображение, прежде чем спроектировать его на новую страницу. Изображение было тусклым и нечетким, но она видела блестящий край розовой книги и слегка искривленные загогулины, написанные по краю. Она не помнила, как писала их, и они были слишком расплывчатыми, чтобы прочитать то, что они говорили. Но она могла назвать одну важную деталь.
Это были эльфийские руны.
Журнал памяти упал на пол, когда Софи помчалась к своей книжной полке, шепча:
- Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста. - Она просмотрела ряды, но не нашла признака никакого блестящего розового журнала.
Она подбежала к своему столу, стала копаться в ящиках.
- Что происходит? - спросил Сандор, когда ворвался в ее комнату... но она была слишком занята, подбегая к шкафу, чтобы ответить.
Она вытащила обувь и стала копаться в маленькой груде мятых джинсов и футболок, о которых она давно забыла. Но то, что ей было нужно - это фиолетовый брезентовый рюкзак, лежащий внизу. Он чувствовался пустым, когда Софи взяла его, но она все же проверила каждую застегивающуюся секцию. Все, что она нашла – это несколько раздавленных оберток от леденцов и сломанный карандаш.
Она опустилась на пол, потирая виски, когда пыталась думать. Она не забыла, как мчалась вверх по лестнице в тесном доме ее родителей, спотыкалась по коридору и закрывалась в своей комнате, чтобы упаковать вещи. Она взяла только рюкзак, чувствуя, что большинство ее вещей не принадлежало новой жизни, которую она начинала.
- Пожалуйста, - прошептала Софи снова, когда мысленно пробегала по списку вещей, которые она положила в рюкзак. Рубашки, штаны, носки и нижнее белье на несколько дней. Альбом, который она сделала вместе с мамой, полный старых семейных фотографий. Свой iPod. И...
И все.
Фитц вернулся и отдал ей Эллу несколько минут спустя. Но она оставила давно забытый журнал на том же самом месте, куда запихнула его несколько лет назад... в основание ее старого ящика стола, похоронив под грудой учебников.
- Мисс Фостер, - сказал Сандор, вытягивая ее из крутящихся мыслей. - Ты в порядке?
- Да, - пробормотала она, пытаясь не показывать разочарование в голосе. - Я в порядке.
Но она не была. Даже близко.
Она оставила то, что было, вероятно, самым важным ключом к разгадке Черного Лебедя... самым важным ключом к разгадке того, кем она была.
Она должна была найти способ вернуть его.
- Этот цвет на самом деле хорошо выглядит на тебе, - сказала ей Вертина, когда Софи приколола значок мастодонта на глупую полунакидку ее униформы Ложносвета.
Она хмуро глядела на свое отражение.
- Правда? Ты не думаешь, что я похожа на гнилой апельсин?
- Нет, не похожа. Но, по крайней мере, это почти соответствует твоим причудливым глазам.
Софи вышла из диапазона Вертины, жалея, что она не могла набросить одеяло на неприятное зеркало. Слишком плохо она пыталась быть хорошей и заставить Вертину доверять ей. До сих пор Вертина отвечала на все ее вопросы о Джоли, качая крошечной головой, и говоря ей, что это было «не ее дело», и Софи понятия не имела, как подкупить зеркало для разговора.
Она схватила свой ранец для занятий в Ложносвете, игнорируя требования Силвени, прийти и поиграть с ней, когда поднялась по лестнице к ПрыжокМастеру. Кекс, который она съела на завтрак, перебалтывался в ее животе, но это не был обычный мандраж от первого школьного дня. Волнение по поводу того, с кем ей сесть за обедом? Или что если она не понравится Наставникам? Или даже, что если люди высмеют ее чудовищного телохранителя гоблина? Все это казалось бессмысленным в связи с утратой Олдена.
Грэйди и Эделайн ждали ее под кристаллами.
- Ты выглядишь такой взрослой, - прошептала Эделайн, вытирая глаза.
Грэйди тоже выглядел так, будто у него тоже сдавило горло, но Софи была очень тронута его темно-синей накидкой. Она выглядела точно также как та, которую носил Олден.
- Постарайся не нервничать сегодня, - сказал Грэйди, когда обнял Софи. - То, что должно облегчить тебе душу, состоит в том, что Совет решил держать то, что произошло с Олденом в тайне, пока они не выяснят, как лучше всего все устроить. Новости будут настоящим ударом по многим, и они хотят удостовериться, что выяснят, как лучше подать их всем.
- Они действительно могут удержать это в тайне?
- Могут в течение нескольких дней.
Казалось странным скрывать что-то такое ото всех, но... если честно, крошечная часть Софи также испытала облегчение. Минус одна вещь для волнений... в течение нескольких дней, по крайней мере.
