– Значит, и вы это расслышали? Меня всю ночь тревожил этот гул. Если там, на севере, действительно открытое море, то дело плохо. Это значило бы, что к нашему главному складу нам уже не пробраться, если даже он еще существует…
– Вы хотите сказать, что он затонул? – спросил майор.
– Или его унесло вместе с отделившейся частью ледяного поля… – ответил Иван Павлович. – Для нас это, в сущности, безразлично.
Уже трое суток пурга держала в плену на обломке ледяного поля небольшой отряд с потерпевшего крушение вездехода. Медленно тянулись часы, пурга не унималась, и, казалось, ярость ее все возрастала, грозя разрушить и это последнее ледяное убежище маленького отряда.
Майор и Иван Павлович долго молчали.
Наконец Комаров встряхнулся и сделал глоток из стакана.
– Что же, по-вашему, надо теперь делать, Иван Павлович?
– Думаю, что ждать, пока затихнет шторм, – это напрасная трата времени. Часы нашей льдины, очевидно, тоже сочтены. Того и гляди, она развалится под нами, и именно тогда, когда мы этого ожидать не будем. Предлагаю немедленно отчаливать отсюда.
Майор поставил возле себя недопитый стакан, минуту помолчал и тихо спросил:
– Куда, Иван Павлович?
– К Северной Земле. В пролив Шокальского, к поселку
Мыс Оловянный.
– Как? Каким путем?
– Под водой.
– В скафандрах?
– Да. Надо решиться! – твердо заявил Иван Павлович. –
Все равно в такую пургу никакой самолет нас не отыщет, если и начались розыски. А пурга, вероятно, не скоро прекратится. В полдень посветлеет. Я постараюсь определить наши координаты и еще раз проверить, что делается на севере. Если там действительно открытое море, то сейчас же начнем готовиться в путь. Через восемь-девять часов мы будем на земле.
– На Северной Земле?! – воскликнул вдруг Дима. – На острове Комсомолец?.
И замолчал, в замешательстве прикусив губу.
Иван Павлович и Комаров удивленно взглянули на мальчика.
– Да, на острове Комсомолец, – сказал Иван Павлович.
– А что?
– Нет… я так… – не поднимая глаз, пробормотал Дима.
– Их же там три больших острова.
– Да, да, – подтвердил Иван Павлович и, занятый своими мыслями, продолжал, обращаясь к майору: – Так вот мое мнение, Дмитрий Александрович. А вы что скажете?
Комаров как-то нехотя отвел пристальный взгляд от
Димы и медленно проговорил:
– Тем же путем, под водой, мы могли бы добраться к шахте номер шесть?
Иван Павлович не сразу ответил. Он внимательно посмотрел на майора и сказал:
– Можно. Но это потребует втрое больше времени, учитывая и несколько остановок на льду для отдыха и необходимость астрономических наблюдений. Тяжеленько будет для мальчика.
– Та-ак… – протянул майор и провел несколько раз рукой по подбородку. – Не забывайте, дорогой Иван Павлович, что на шахте меня, если можно так выразиться, ждет не дождется Коновалов. Боюсь, долго ждать он не будет и что-нибудь натворит. И еще имейте в виду, что Диму там ждет, в беспокойстве и, может быть, в отчаянии, его отец…
Но Дима вдруг побледнел, потом вспыхнул и закричал:
– Нет, нет! Это неправда! Это я так… Мне сказали Березин и Георгий Николаевич, что если я не буду так говорить, то меня вернут в Москву… Я хотел в Арктику… Мне было очень нужно в Арктику. Здесь, где-то на острове
Комсомолец, пропал мой брат Валя… Я хотел искать его на острове… А они велели мне назваться другим именем и даже удостоверение дали.
Майор и Иван Павлович изумленно переглянулись.
– Постой… Постой… – проговорил, растерявшись, Иван Павлович. – Какое удостоверение? Какой тут Валя пропал?
– Так я же вам говорю, что это мой брат Валя… Валерий.
– Ничего не понимаю… – начал было Иван Павлович, но его перебил Комаров.
– Это удостоверение сохранилось у тебя, Дима? –
спросил он.
– Да. Вот. – Дима торопливо порылся в карманах своей куртки, нашел там сложенную бумажку и подал ее майору.
– Вот.
Майор развернул бумагу и быстро пробежал ее глазами.
– Твоя фамилия Антонов?
– Нет, Денисов.
Иван Павлович вдруг хлопнул себя по лбу и закричал:
– Ах, чёрт побери! Так это ты о конструкторе Валерии
Денисове говоришь? Это твой брат? Скажите пожалуйста!
Вот так история! А почему ты думаешь, что он на острове
Комсомолец? Разве его уже нашли?
– Подождите, подождите, Иван Павлович, – спокойно сказал Комаров. – Мы и в этом разберемся. А пока скажи мне, Дима, кто тебе дал эту бумажку?
– Коновалов… Георгий Николаевич.
– А ему кто дал?
– Не знаю…
Майор опять бросил взгляд на бумажку.
– Удостоверение выдано ВАРом… – медленно и задумчиво произнес он – Министерством Великих Арктических Работ.
– А! Ну конечно! – обрадованно сказал Дима. – Это, вероятно, сделал Березин, Николай Антонович… Он же там работает.
– Березин? – удивленно воскликнул майор.
– Николай Антонович? – одновременно изумился Иван
Павлович. – Ведь это мое прямое начальство!
– Ну да! Он на арктических работах, – объяснял, как мог, Дима. – Он там работает вместе с Сергеем Петровичем
Лавровым.
С минуту майор и Иван Павлович, пораженные, молча смотрели друг на друга. Потом Комаров так же молча сложил бумажку, спрятал ее во внутренний карман своей куртки и наконец произнес:
