— Николас!
Его сердце провалилось в пятки. Опоздал! Они вошли через боковую дверь, теперь направлялись к нему через толпу приглашенных. Ошибки быть не могло — рядом с Клем шел ее отец. Лет шестидесяти с небольшим, высокий, с гордой осанкой, он был одет в безупречный твидовый костюм, сшитый в лучшем лондонском ателье, и выглядел так же, как на фотографии, стоявшей на тумбочке в спальне Клем. Аристократ высшей пробы, с острыми, словно вырезанными резцом скульптора, чертами лица, курчавыми седеющими волосами, угольно-черными глазами под кустистыми бровями.
«Ну ладно, — подумал Мартен, — сделай глубокий вдох, соберись и молись, чтобы все прошло безболезненно».
Он заметил в глазах женщины пляшущие искорки и понял: она воспринимает все происходящее как опасное, но в то же время дьявольски захватывающее приключение.
— Папа, позволь представить тебе…
Пожилой мужчина не дал дочери закончить.
— Значит, вы и есть мистер Мартен.
— Да, сэр.
— И вы учитесь на первом курсе университета.
— Да, сэр.
— На факультете ландшафтной архитектуры и дизайна.
— Да, сэр.
— Американец.
— Да, сэр.
— Как вы находите мою дочь в качестве преподавателя?
— Учиться у нее непросто, но очень интересно.
— Насколько я понимаю, время от времени она занимается с вами индивидуально?
— Да, сэр.
— Почему?
— Мне это необходимо.
— Вам это необходимо… А что вы подразумеваете под словом «это»?
Взгляд пожилого джентльмена, словно рентгеновский луч, просвечивал Мартена насквозь. Казалось, ему было известно все об их отношениях.
— Разумеется, консультации. В этой науке имеется множество терминов, процессов, подходов, которые мне, иностранцу, трудно понять самостоятельно.
— Вы знаете, как меня принято называть?
— Да, сэр. Лорд Престбери.
— Чему-то вы все же научились. — Он покосился на дочь и вдруг резко приказал: — Оставь нас наедине, Клементина.
— Я… — Клем удивленно и виновато посмотрела на Николаса, а затем перевела взгляд на отца. — Конечно, — сказала она и отошла.
— Мистер Мартен. — Роберт Родс Симпсон, граф Престбери, кавалер ордена Подвязки, пристально смотрел на него, затем произнес: — Пойдемте-ка со мной.
— Два стакана и мою бутылку, — скомандовал лорд Престбери пухлому румяному официанту, стоявшему за массивной дубовой стойкой.
Они находились в закрытом для посторонних кафе, расположенном где-то в недрах огромного здания — видимо, настолько закрытом, что в данный момент, кроме них, посетителей больше не было. Сейчас на столике перед ними стояли два стакана и бутылка какого-то особенного виски.
У Мартена не было сомнений относительно того, зачем они сюда пришли. Лорд Престбери знал об их отношениях, кипел от гнева и намеревался положить им конец здесь и сейчас. Если Николас попытается возражать, граф может пригрозить ему исключением из университета. У Николаса Мартена не было ни титулов, ни состояния, и, хуже всего, он был американцем.
— Наконец-то мне удалось встретиться с вами.
Отец леди Клем налил себе и Николасу виски — примерно треть стакана, а затем посмотрел в глаза сидевшему напротив него молодому человеку.
— Меня нередко упрекают в резкости. Но это лишь потому, что я привык говорить то, что думаю. Такой уж я человек и другим не буду, даже если бы мог. — Лорд Престбери взял стакан, осушил его одним глотком, а затем вновь уставился на своего собеседника. — Именно поэтому я хочу задать вам несколько прямых и откровенных вопросов.
В этот момент отворилась тяжелая дубовая дверь, и в бар вошли двое членов управляющего совета. Обменявшись с лордом Престбери приветственными кивками, они направились к барной стойке. Престбери подождал, пока они отойдут, а затем вновь посмотрел на Мартена и спросил:
— Вы дерете мою дочь?
Господи Иисусе! Мартен уставился в свой стакан. Вот уж действительно, «прямой и откровенный вопрос»! Старик и впрямь все знает и теперь требует подтверждения.
— Я…
— Мистер Мартен, мужчина точно знает, дерет он ту или иную бабу или нет, поэтому ответ должен быть очень простой: да или нет.
— Я… — Николас залпом осушил стакан.
— Вы знакомы с ней уже восемь месяцев. Именно благодаря ей вы оказались в университете, правильно?
— Да, но…
Лорд Престбери вновь наполнил стаканы.
— Господи, молодой человек, я же знаю, как все это у вас произошло. Вы познакомились в «Бэлморе», куда вы поместили на лечение свою сестру. Раньше вы получили ранения в результате несчастного случая и не могли сообразить, как строить свою жизнь дальше. Заниматься ландшафтами было вашей давнишней мечтой, и, поощряемый Клементиной, вы решили осуществить ее.
— Это она вам рассказала? — Он не предполагал, что Клем так откровенна с отцом.
— Нет, сэр, я сам это придумал, — съязвил пожилой джентльмен. — Конечно, она рассказала!
Неожиданно лорд Престбери приподнялся, протянул через стол руку и ухватил Мартена за локоть.