Обнаружив страшную метку Пожирателей Душ на груди у Торака, вождь Фин-Кединн, превозмогая душевные муки, вынужден изгнать Торака из племени Воронов. Теперь по закону племен любой, повстречавший изгнанника, должен убить его. Начинается безжалостная и несправедливая охота на одинокого и безоружного юношу. Помимо всех племен, заполучить Торака мечтает и самая подлая и опасная из Пожирателей Душ — Повелительница Змей. Она насылает на Торака тяжелую болезнь. Сумеет ли Торак избавиться от страшной метки, смогут ли верные друзья Ренн и Бейл спасти его и вырвать из пут коварной Сешру?..
Гадюка, скользнув вниз по берегу реки к самой воде, опустила плоскую голову. Торак остановился в нескольких шагах от змеи, позволяя ей спокойно утолить жажду.
К тому же у него уже ныли плечи от тяжелой ноши — мощных ветвистых рогов благородного оленя. Положив рога на землю, он присел на корточки в папоротниках и стал наблюдать за гадюкой. Змеи мудры, они знают множество тайн. Может, как раз эта змея и поможет ему найти то решение, которое ему вот уже столько дней не удавалось принять?
Гадюка пила неторопливо. Потом, приподняв голову, оглянулась на Торака: мелькнул раздвоенный язык — змея запоминала его запах. Затем она изящно развернулась и мгновенно исчезла в папоротниках.
Никакого знака, никакой подсказки она ему не оставила.
«Ну и
И вдруг услышал шорох. Подняв голову, он увидел на противоположном берегу северного оленя. Олень, стоя на трех ногах, четвертой, задней, ногой яростно чесал набухшие кровью рога. Он, видимо, почувствовал, что Торак охотиться на него не собирается, и спокойно продолжал чесаться, хотя из рогов уже текла кровь. Похоже, этот зуд он мог унять, лишь расчесывая лоб до крови.
«Вот и мне нужно поступить так же! — подумал Торак. — Причинить себе боль. Вырезать проклятую метку, чтоб от нее и следа не осталось. Но сделать это нужно втайне, чтобы никто никогда ничего не узнал».
Только вот беда: даже если он и сумеет все это вытерпеть, от
«Если не совершить обряд, — сообщила Ренн, — метки непременно появятся снова».
«Как это —
«А вот так. Ты просто не представляешь себе, насколько глубоко такая татуировка въедается в плоть и кровь! Так что, даже если ее срезать, она все равно будет видна».
«В общем, ясно: самому мне с этим не справиться. Впрочем, надо попробовать все же заставить Ренн рассказать об очистительном обряде — разумеется, не открывая истинной причины того, зачем мне это понадобилось», — крутились мысли в голове у Торака.
Северный олень раздраженно встряхнулся и потрусил обратно в Лес, а Торак, вновь взвалив на плечи тяжелые рога, двинулся к стоянке. Здорово, что он нашел эти рога; они достаточно велики, так что каждому в племени достанется кусочек. Ведь рог, как известно, самый лучший материал для изготовления рыболовных крючков и молоточков, которыми расщепляют кремень. Фин-Кединн наверняка будет доволен. Торак старался думать только о своей удачной находке и больше ни о чем. Но и это не помогло ему отвлечься от тяжелых мыслей. А ведь до сих пор он толком даже и не понимал, какая стена выросла из-за этой тайны между ним и остальными членами племени Ворона. Проклятая метка напоминала ему теперь о себе постоянно, даже когда они вместе с Ренн и Волком охотились!
Начался месяц Лососевого Нереста, и пронизывающий ветер, дувший с востока, приносил с собой острый запах рыбы. Пробираясь сквозь густой сосняк, Торак хрустел кусочками коры и веток — мусором, оставшимся после того, как дятлы поработали здесь своими клювами. Слева о чем-то громко болтала Зеленая Река, обретя наконец свободу после долгого заточения во льдах, а справа вздымалась каменистая щека одной из гор Сломанного Хребта. Кое-где в камне виднелись рубцы — в этих местах лесные племена всегда вырубали себе пластины красного сланца, который, как известно, приносит удачу на охоте. Вот и сейчас оттуда доносился стук каменного топора.
«Мне бы тоже надо вырубить себе кусок сланца, — подумал Торак. — И сделать, наконец, новый топор. И вообще — надо больше заниматься делами, а не терзать себя бесплодными размышлениями!» Он даже невольно воскликнул:
— Нет, так дальше невозможно!
— Ты прав, — услышал он чей-то голос. — Да и ни к чему тебе это.
