Против такой толпы драться было, мягко говоря, неумно. Американцам пришлось утереться и свернуть кораблестроительную программу, однако все равно у них внезапно оказался избыток кораблей, которые было накладно содержать даже в законсервированном состоянии, а отправить в утиль просто жалко. В результате масса эсминцев, крейсеров и даже линкоров оказалась на внешнем рынке, и продавали их, кому попало. Судя по составу явившейся сейчас эскадры, страна, которая ее послала, как раз и относилась к "кому попало".
Третий линкор был британской постройки – тоже не новый и тоже не самый мощный, типа "Айрон Дьюк". Все эти железные герцоги боевой эффективностю не блистали, да и надежностью не отличались, надежность – вообще не самая сильная черта английской техники. Однако линкор остается линкором, и его не стоило сбрасывать со счетов.
Четвертый корабль этого класса был построен в Японии и очень напоминал "Идзумо". В принципе, он и был модификацией "Идзумо", а может, наоборот – "Идзумо" был модификацией линкоров типа "Конго", не суть. Главное, что он был примерно так же вооружен, чуть лучше защищен, но заметно менее быстроходен и имел меньшую автономность. Словом, равный противник.
Из остальных одиннадцати вымпелов более-менее серьезными противниками были три тяжелых крейсера типа "Йорк", тоже британские. Пожалуй, на троих они были примерно равны "Идзумо" и, вдобавок, отличались редким для англичан качеством постройки. Насколько Соломин знал, английские космонавты ругались русским матом, когда эти корабли сняли с вооружения, а на их место поставили крейсера типа "Рипалс", теоретически очень мощные, но "сырые" и крайне капризные. Интересно, сколько и кому заплатила в качестве отката кораблестроительная фирма, чье КБ выиграло конкурс на создание этого чуда… В общем, английские моряки плевались, а "Йорки" пошли с молотка, и было их построено без малого семь десятков. Естественно, раскупили их моментально – это и впрямь были хорошие корабли. Даже Соломин подумывал когда-то прикупить один такой, но случая все не подворачивалось, а теперь вон какая оказия.
Остальные корабли были эсминцами разных лет постройки – пара английских, французский, испанский и четыре финских. Словом, солянка сборная и, вдобавок, не дающая представления о том, какой именно стране принадлежала вся эта микроармада. Свои флоты по принципу "что попало, лишь бы побольше да подешевле" комплектовали многие страны, бывшие небольшими, но стремящиеся сохранить свою независимость в случае нападения более крупного и сильного соседа. Их правители не без основания считали, что флот, способный если не победить агрессора, то нанести врагу чувствительные потери, делающие войну невыгодной, заставит других задуматься, прежде чем связываться с ними. Да и самим более слабого соседа при удаче подгрести можно будет, так что денег на корабли не жалели. Соломин считал такую практику порочной – чужим оружием много не навоюешь, если хочешь быть сильным надо строить собственные верфи и разрабатывать собственные системы вооружения, однако люди часто предпочитают идти по пути, может, и тупиковому, но простому и быстрому. Похоже, его нынешние противники были как раз из таких, и капитан считал, что просто грешно их не пощипать. Даже не то что посчитать – ободрать все перья до голой кожи. А нечего связываться с русскими, даже не зная, что это русские. Чревато.
Жаль только, авианосцев там нет, хотя, может, и к лучшему. От авианосцев "Идзумо" может и не уйти – накидают плюх, обездвижат и добьют артиллерией. Ладно, сейчас не время было гадать, хорошо или плохо – играть надо с теми картами, которые есть на руках. Ну и с теми, которые в рукаве, конечно, ибо если не можешь победить честно – надо просто победить.
Между тем информация продолжала идти, хотя девяносто девять и девять десятых процентов ее не значили сейчас ничего. Главными были скорость, курс, сохранение строя… Пока что все говорило о том, что противник не рассчитывает встретить здесь серьезное сопротивление. Соломина это устраивало как нельзя более.
Время! Сейчас противник появится и на радарах дальнего обнаружения японского корабля. Пару минут ждем… А вот теперь должна создаться видимость паники. Во все стороны сигналы, да не по закрытому и непрослушиваемому даже в принципе каналу, как с "Эскалибуром", а открытым текстом, чтоб услышали. Еще две минуты – и начинают беспорядочно сновать туда-сюда боты. Наступающие должны видеть, что их боятся – это добавит им решимости, не даст им отвернуть, а значит, вырваться из ловушки, в которую они уже почти влезли. Стоя на мостике своего корабля, Соломин ухмылялся, глядя на творящееся вокруг четко срежиссированное безобразие. Пилоты ботов старались вовсю, и не приходилось сомневаться, что коллеги русского капитана, стоящие сейчас на мостиках своих линкоров и крейсеров (для аппаратуры их эсминцев было пока что далековато), все отлично видят и тоже ухмыляются. Ну что же, как известно, хорошо ухмыляется тот, кто ухмыляется последним.
