Изгой полностью

– Хозяина? – Я нашел в себе силы изогнуть губы в насмешливой ухмылке. – Так, значит, ты всего лишь жалкий раб, а, некромаг?..

– Что? – Брови Ваалура удивленно взметнулись на лоб, и он, кажется, даже не обратил внимания на оскорбление. – Я – некромаг? Ты подумал, что я – настоящий некромаг? – И приор рассмеялся. Безудержно, истерично, завалившись всем корпусом назад и едва не расплескав свое варево.

– Что? – На этот раз пришла моя очередь изумиться. Неужели я ошибся и он – не некромаг? Но тогда зачем все эти кровавые ритуалы?..

– О нет, я не некромаг. Пока нет. Вы, жалкие ничтожные людишки, даже не представляете, на что способно черное колдовство! Вы боитесь постигнуть всю глубину магии крови, прикрываясь жалкими заветами своего ничтожного Бога! А я не боюсь! Я ничего не боюсь! Древние книги, добытые моим прапрапрадедом в Первой Великой войне, ведут меня по извилистой тропе познания некроса. Увы, пока я лишь в самом начале этого пути. Но когда я завершу древнейший ритуал крови, подаренный людям самим великим Оксом, а потом в страхе ими отвергнутый, я обрету невероятное могущество! Но для этого мне надо много жертв и много-много свежей теплой крови… – Затуманившийся взгляд приора скользнул по нам с Элем.

Я невольно сглотнул. Не знаю, как далеко этот человек продвинулся по пути обретения мощи некромагов, но какими-то магическими силами он действительно обладал, иначе не висел бы я сейчас кверху ногами, беспомощно раскачиваясь в воздухе.

– Мы пришли не убивать тебя, – соврал я, чтобы выиграть время.

– Да-а-а? – Казалось, мои слова очень сильно изумили некромага. На долю мгновения он даже перестал помешивать отвратительную на вид жидкость в своей колбе.

– Мы пришли поговорить. – А вот это уже была правда.

– И что же ты хотел узнать, Эрик-Изгой?

– Я знаю, что ты служишь Кану… – Это был не вопрос, а утверждение, и приор молча кивнул. – Скажи мне, где он?

Не отрывая горящего взгляда от моих глаз, Ваалур вытянул назад руку и, не глядя, поставил колбу на стол. Ладонь прислужника Окса молнией скользнула куда-то под мантию и явила алому свету свечей небольшой кривой нож с лезвием, сплошь исчерченным причудливой вязью замысловатых рун. Металл ножа был черен, будто он долгое время пролежал в земле. И от него явственно пахло смертью и болью сотен замученных жертв.

И мне, наверное, впервые за свою жизнь стало по-настоящему страшно. Я был беспомощен перед этим человеком, готовым убить меня ради достижения иллюзорного могущества. Умереть в бою было не страшно – на поле битвы всегда царит честная смерть, и то, как скоро ты с ней встретишься, целиком и полностью зависит только от тебя, твоего собственного мастерства и умения сражаться. Но погибнуть вот так, под ритуальным ножом сумасшедшего фанатика, даже не имея возможности дорого продать свою жизнь, было на самом деле страшно.

– Что же будет с твой душой, человек? – грустно, без тени страха спросил Эль. – Углубляясь в такую неизбывную Тьму, не боишься ли ты гнева Всемогущего, запретившего своим детям прикасаться к тайнам черной магии?

Поднеся нож к моему лицу, приор прошипел с искаженным гримасой ненависти лицом:

– Плевал я на вашего жалкого Бога!.. Всемогущий, этот сладкоречивый болван, понапридумывавший когда-то дурацких запретов и ограничений, будет стоять предо мною на коленях, дрожа пред моей немыслимой, невообразимой вашими жалкими умишками мощью!

– Ты плюешь на Всемогущего… А не боишься, что он в ответ может плюнуть на тебя?

Я вздрогнул и с усилием повернул голову на звук этого голоса. На пороге, сложив на груди руки и небрежно привалившись к дверному косяку, стояла Дидра. На ее губах играла презрительная, чуть насмешливая улыбка, а холодный взгляд карих глаз был прикован к воздевшей ритуальный нож фигуре приора.

Как она так незаметно подкралась к самым покоям Ваалура? Ведь необычайно громкое эхо ведущего в комнату коридора должно было выдать присутствие девушки еще задолго до того, как она подошла к нам.

Видимо, приор думал примерно так же, потому что он резко подпрыгнул, разворачиваясь к непрошеной гостье, и… застыл, не в силах отвести прикованных к ней глаз.

– Ты… кто ты такая? – прошептал он, в то время как его рука под нажимом карих глаз Дидры сама собой медленно разворачивалась, направляя кривое лезвие кинжала к собственной груди.

Изгойка отклеилась от стены и сделала несколько шагов по направлению к Ваалуру.

– Если долго плевать в небо, рано или поздно один из плевков вернется обратно и упадет тебе на макушку, причем с такой же силой, с какой ты плюнул вверх! – малопонятно ответила ему Дидра.

Глаза приора расширились от ужаса, он не то захрипел, не то застонал и весь напрягся, будто борясь с какой-то незримой силой.

– Я… я не контролирую руку! – отчаянно просипел он, перехватывая кисть сжимавшей нож руки второй ладонью.

Ваалур отступил на шаг, потом еще, будто это могло помочь ему освободиться от странной власти карих глаз изгойки.