Я поднялся, продолжая отплёвываться кусочками молодой коры и мелкими щепками, потом скривил губы в презрительной ухмылке. Руна смотрела на меня с прищуром.
— Ну, с этим пустяком разобрались, — сказал я непринуждённо. — Дальше что? Узел? Или мечом займёмся?
Руна довольно кивнула, потянулась к рукояти, одновременно второй рукой делая над нею пасс. Через секунду я увидел клинок. Матово-серебристый, с плетущимся по нему узором, с выгнутой от навершия гардой и медленно сужающимся остриём.
Тренировка с настоящим оружием? Что ж, так намного интереснее и реалистичнее. Выдернул из ножен меч, стал в стойку, сосредоточился. Руна ещё раз кивнула и двинулась на меня.
Я бился со всей ненавистью, со всей накопившейся злостью. Не на Руну, конечно. На боль, на унижение, на чёртову вчерашнюю пирамидку, воткнувшуюся в бедро, на весь Отум, в конце концов.
Руна явно работала не в полную силу, понимая, что в таком случае мне долго не выстоять. Но она же не убивать меня решила, она хотела обучить. Вот я и учился. Скакал бешеным карбулком, ставил защиты, пытался атаковать. Все атаки налетали на непробиваемые блоки, но это меня только распаляло, как и звон стали, бездушный и в то же время словно живой.
— Хватит, — наконец выдохнула бабуля. — Размялись. Теперь смотри внимательно. Удар — «коготь виара».
Спустя долю секунды острие её меча мелькнуло в сантиметре от моего правого глаза, и пока веко машинально опускалось и поднималось, Руна уже успела отвести клинок и привычно разместить его на плече.
— Можно чуть помедленней? Я записываю, — пошутил я, слегка улыбнувшись, но Руна не обратила на мои слова никакого внимания. Впрочем, это было понятно. Шутки из фильма Гайдая она не знала, а то, что я не успел проследить удар — тут лишних комментариев и не требовалось.
Она лишь снова кивнула и повторила удар медленней. При этом я попытался отбить его, но для «когтя виара» мои потуги не стали препятствием. Всё дело было в том, что она уходила в неправильную сторону и наносила удар, сильно прогинаясь назад. Чем-то похоже на последний удар матадора, грациозный и смертельный. Мой меч безобидно ткнул пустоту, я вернул его обратно и хмыкнул.
— Ещё пару раз, а потом ты. Может, ещё чуть медленней?
— Угу, — промычал я, максимально сосредоточившись.
Через минут двадцать «коготь виара» получался у меня более-менее правильно. Это придало уверенности в собственных силах. Хотя и понятно, что до того момента, как смогу проделать его идеально и на хорошей скорости ещё очень и очень много тренировок, но тем не менее. Сделавший шаг, уже преодолел часть пути. И пусть этот шаг мизерный, а сам путь вечен, как считают Странствующие, но зато с каждым им твоя поступь становится уверенней.
Поработав ещё час с мечом в одиночку, оттачивая последние изученные удары на невидимом противнике, получил указание заняться узлом. Засунул меч в ножны, снял пояс, и плюхнувшись на землю возле молодой пышной сейконы, жадно схватил бурдюк. В тени кроны он немного остыл, но всё же квас был тёплым и оттого почти мерзким. Но я не обращал внимания ни на температуру, ни на вкус. Пил и пил, восполняя потери влаги.
— Учись терпеть, — Руна вырвала у меня бурдюк, видя, что сам я не могу оторваться. — В Зыби иногда по нескольку дней приходится без воды быть.
— Фуух, — тяжело выдохнул я, бросив прощальный взгляд на мешок из шкуры, потом коротко взглянул на бабулю. Её настойчивые речи про Зыбь начинают напрягать. Ещё чего передумает и решит проводить меня не до границы южного Доргона, а до какого-нибудь местного военкомата, или как у них тут кличут подобные заведения. Пункты сбора?
— А если «вспышка» не изучится, тогда что? — спросил я. Ни в какую Зыбь я всё так же не собирался, но было бы обидно потерять плетение, претерпев такую боль при его «приёме».
— Изучится, — отрезала бабуля без единой эмоции в голосе. — Твой Альтор был прав в одном, задатки у тебя удивительные. Я поняла это по тому, как быстро ты изучил «срезни». За всю свою жизнь ни разу не видел ничего подобного.
— Вы имели ввиду — не видела? — поправил я, оговорившуюся бабулю.
— Точно, — она тряхнула головой, при этом хмыкнув. — Совсем я с тобой закрутилась. Почти десятицу уже мы вместе, и каждый день — бу-бу-бу, бу-бу-бу. Давненько по столько слов за день не говорила.
В ответ я только развёл руками и извиняюще улыбнулся.
— Да ничего, ничего, — примирительно сказала моя спутница. — Мне всё одно по пути с тобой было. Впрочем, мы отвлеклись. Завтра утром дам тебе ещё одно плетение Света. «Луч». По сути своей та же «вспышка», только направленная в одну точку.
— А я не того, не загнусь? — сам по себе вырвался из меня вопрос.
— Не загнёшься, — уверила Руна, и задрав голову, с прищуром поглядела в небо. Я невольно последовал взглядом и увидел над поляной медленно растущие облака. Пышные, белые, налившиеся по нижней окоёмке мрачным сизоватым цветом.
