Голос утих. В ноздри ударил запах. Культей коснулось что-то тёплое. Вода? Жидкость наполняла саркофаг. Вязкая, приятная на ощупь. Успокаивающая. Когда она достигла груди, Ланс понял, что парит в своем гробу, посреди темноты. И это ощущение ему нравилось.
— Приступаю к подключению, — сказал голос. Свет моргнул. В глазах резануло так, будто изображение стало звенеть. А потом в голове что-то лопнуло, и Ланс едва не вскрикнул. Он оказался в ангаре. Под его ногами сновали техники. Гарбандер видел всё. Сразу. Видел людей в кабине над ангаром, занимающимися регулировками. Видел ворота, который, вроде бы были позади меха, когда они поднимались. Видел двери напротив, у которых так и стоял Рикардо. Понятия впереди, сзади больше не существовало. От непривычки он зажмурился, но всё равно видел.
— Визуальный контакт?
— Подтверждаю...
В уши ударили шумы. Голоса, шаги, щелчки. Поскрипывание динамика в груди ловура мехов. Чей-то смех. Он понимал откуда что доносится, но всё еще не разбирался спереди или сзади. В ангаре замигали красные прожекторы, поднялся вой сирены.
Ланс наблюдал за тем, как пустеет пространство вокруг. Люди торопливо покидали громадное помещение. Последним ушёл Рикардо, плотно закрыв за собой дверь.
— Поднимите правую руку, — скомандовал голос. Гарбандер понимал, что это один из тех, кто сидел в кабине под крышей ангара.
Он подчинился, и увидел, как его рука, превращённая в раструб пулемёта, легко двинулась вверх.
— Поднимите левую руку...
Ланс шагнул. Мех с грохотом опустил ногу на пол. На губах Гарбандера появилась улыбка.
— Поднимите. Левую. Руку, — голос наполнился железом.
Щит, обрамлённый силовым контуром, поднялся к потолку ангара. Ланс же сделал ещё один шаг, радуясь, словно ребёнок. Он снова мог ходить.
— Проводим синхронизацию внутренних ресурсов.
Гарбандер покрутил кистями рук, ещё не принимая, что это уже не его руки.
— Проводим синхронизацию сторонних ресурсов.
Поверх будто накинули сетку с данными. Ланс заморгал, машинально пытаясь стряхнуть пелену с глаз. Но постепенно привык. Направление стало ясным. Вместе с этим пришло чёткое понимание собственного состояния. Боезапас, провиант, энергия, топливо.
Гарбандер улыбался как ребенок.
Загудели ворота ангара.
— Выйдите наружу, — сказал голос. — Меня зовут Хирон Ликенден. Я проведу ваше знакомство с управлением.
— Привет, Хирон, — ответил Ланс. Подпрыгнул. Пол содрогнулся под весом. Неповоротливая туша чуть наклонилась, и Гарбандеру показалось, будто он падает. Интуитивно подался вперёд, и нашпигованный оружием ящик на ногах послушно выровнялся. Так. К этому нужно будет привыкнуть.
— Выйдите наружу, пожалуйста, — в голосе инструктора послышалась усталость.
Ланс зашагал к воротам.
Испытательный полигон находился в полумиле от ангара. Кусок изрытой степи, ограждённой вышками наблюдения. Пока Ланс шёл к месту тренировки, то миновал несколько дозорных линий, где стояли Имперские Каратели. Люди из плоти казались теперь чем-то... Незначительным. И дело было не в личном высокомерии. Сложно относиться к боевым братьям так, как и прежде, когда ты боишься случайно на них наступить. Да и смотреть на танки сверху вниз в привычку Ланса пока ещё не вошло.
Бойцы провожали мех-воина восхищёнными взглядами, которых бы совершенно точно не было бы, если б Гарбандер катился мимо человеческим обрубком в санитарном механизме.
Он должен был погибнуть во время нападения на блокпост. Это бы всё исправило. Всё изменило. Но теперь, спасибо морту Наре — Ланс обречён на существование проклятого толка. И чтобы пережить это — надо постараться найти плюсы в текущей ситуации. Открыть окно возможностей. Хоть так.
На полигоне мехов Ланс приступил к полной калибровке, подчиняясь командам скучающего Хирона Ликендена. Повинуясь приказам, Гарбандер прыгал. Бегал. Приседал. Перекатывался. Взмывал в небо, чувствуя мощь двигателей, и обрушивался на полигон стальной тушей. Прорывался сквозь клубы пыли, одновременно накрывая огнем подсвеченные бортовым компьютером цели. Массивные стволы выплевывали снаряды, дымящиеся росчерки рисовали в пыли чёрные спирали, расцветая цветами разрывов. Ланс плотью чувствовал их мощь. Наслаждался едва ощутимыми толчками отдачи, когда пулемёт-рука отсылала сокрушительную лавину снарядов в цели, слышал, как гудит и похрустывает в гофре механизм, пополняющий боезапас. Он был повелителем времени и пространства. Чувства, усиленные магией Медикариума, освежали чистотой и ясностью.
Его координатор флегматично выдавал задания новичку мех-роты, сверяясь со своими показателями и ограничиваясь коротким «дальше». Должно быть, для него это всё было и правда обычным рабочим моментом. Да и для солдат охраны, вероятно, не в новинку оставалось зрелище прыгающего по полигону мех-воина.
— Калибровка завершена.
Ланс остановился. Оборачиваться нужды не было. Он и так видел всё вокруг. Пыль и дым развеивались, сползая по броне отчаянно цепляющимися за неровности пальцами. В пелене проступали раскуроченные мишени и силуэты вышек.
