Прошли столетия с тех пор, как отгремели чудовищные войны магов и половина континента превратилась в покрытую пеплом пустошь, непригодную для жизни. Некогда великолепные города теперь лежат в руинах, населенных чудовищами и нежитью, настолько опасными, что пришлось возвести пограничную стену, дабы оградить мирных жителей от смертельной угрозы. Так появились Дикие Земли... События набирают обороты и, подобно катящемуся под уклон каменному жернову, мчатся вперед. Армия озлобленных шурдов, считающих себя истинными хозяевами Диких Земель, отряд несокрушимых ниргалов во главе с верным псом Повелителя, огромные чудовища сгархи, полчище нежити — всем им суждено встретиться под стенами поселения Кориса Ван Исер. Сумеет ли горстка уставших от вечной борьбы за выживание людей и гномов дать врагам достойный отпор? Устоят ли стены крепости надежды перед натиском превосходящих сил? Кто знает. Ясно лишь одно — поселение будет сражаться до последней капли крови.
Дем Михайлов
Изгой. Трилогия
ИД «Ленинград»; 2014-11-24
ISBN 978-5-516-00281-6
Глава первая
Между жизнью и смертью
Он выжил, оправился от смертельных ран только для того, чтобы узнать, что своими прошлыми деяниями обрек сотню людей на верную смерть в Диких Землях.
Ох. Как же меня мутит. Голова ноет, как больной зуб. Так плохо, что и глаза открывать не хочется. Полежу-ка я еще немного. Сил нет как плохо. Что-то стекает по лицу. Дождь? Солоноватые капли попадают в рот. Знакомый вкус. Кровь. Моя? Плевать. Мне сейчас на все плевать.
– Господин. Господин, очнитесь.
– Да тише ты! Чего ты его трясешь?! Не видишь, что ли, как кровь с башки хлещет?! – в сердцах рявкнул второй голос.
– Так я ж как лучше хотел. Может, его в ручей макнуть? Водичка-то ледяная, враз в себя придет.
– Я сейчас тебя туда макну! И больше оттуда не вытащу! Беги за друидом давай. Да поживее! А ну шевелись, склирсово отродье! – заорал второй.
– Да бегу я уже, бегу, – примирительно отозвался удаляющийся голос первого.
– И скажи, чтоб поторопился, – крикнул ему вдогонку первый. – И одеяло захвати.
Каждый звук отзывался в голове гулом. Как удар колокола. Я поморщился и попытался попросить говорить потише, но из пересохшего рта раздалось лишь сипение.
– Потерпите, господин, сейчас друид придет. Он живо вас на ноги поставит, – забубнил голос над ухом. – Только не шевелитесь, уж очень сильно вас кабан порвал. Трофиса так вообще насмерть задрал.
Кабан? Порвал? Так, теперь понятно, почему мне так плохо. Надо открыть глаза, посмотреть, что с мной. Неужели все так страшно…
Сделав над собой неимоверное усилие, я заставил один глаз приоткрыться. Оказалось, что я лежу на боку, уткнувшись лицом в землю. Трава. Зеленая трава, залитая ярко-красной кровью. Столько крови – и все из меня? Теперь медленно повернуть голову…
Темная пелена накрыла меня тяжелым покрывалом, и я потерял сознание.
* * *
Очнулся. Больно. Очень больно. Что вы со мной делаете? Как сильно болит голова. Я застонал. На мокрый лоб сразу опустилась прохладная рука.
– Держи ровнее! Не видишь, рана открывается. Ровнее!
– Да держу я, держу. Брыкается он. Посмотри, как ногами дергает.
– Терис, навались ему на ноги, чего смотришь? Крови не видел?!
– Кажись, отходит он.
– Чего несешь?
– Так кровь уж не выходит даже. Не осталось ни капли.
– Заткнись! Велена, подай бинты… вот… потуже, потуже перетягивай. Друид куда запропастился?!
– Все будет хорошо, господин. А теперь засыпайте. Засыпайте.
Забытье. Темнота.
* * *
Над головой покачиваются ветви деревьев. В просветы между ними виднеется голубое небо. Значит, сейчас день. Все покачивается из стороны в сторону. Меня куда-то несут и, скорей всего, на носилках. Пошевелиться не могу – нет сил. Носилки дернулись, и сразу же вернулась ослепляющая боль. Ох… Болит все тело. Я вскрикнул от особенно резкого толчка. Надо мной возникла тень, в пересохшие губы ткнулось холодное горлышко фляги.
– Выпейте, господин. Враз полегче станет. Вино, оно завсегда помогает, – раздался над ухом заботливый голос.
Горлышко наклонилось, и в рот потекло вино. С трудом глотнул. Только сейчас понял, как сильно хочу пить. Еще. Вино смочило пересохшее горло и потоком устремилось в пустой желудок. Хорошо. Еще глоток.
– Хорошо. А теперь надо поспать, господин. Все будет хорошо.
Я закрыл глаза и попытался последовать доброму совету. Серьезно меня потрепал кабан. Вот только вспомнить никак не могу ни кабана, ни что произошло. Все как в тумане.
– Несите осторожней, олухи, – произнес голос сердито, – не дрова!
Хор голосов заверил, что стараются изо всех сил и понимают возложенную на них ответственность за молодого господина.
Какой господин?
Почему меня называют господином?
Мысли опять разбрелись, и потихоньку я провалился в забытье.
* * *
На этот раз я проснулся сам. Особенно радовало, что именно проснулся, а не очнулся. Глаза открылись легко. Боль осталась, но не такая сильная. Тоже радует. Повернув голову, я постарался осмотреться. Небольшая поляна, окруженная высокими деревьями, до отказа заполнена народом. Навскидку человек восемьдесят взрослых, много детей разного возраста. Мужчины собирали хворост и умело натягивали походные тенты. Посреди поляны полыхал костер, над которым висел огромных размеров котел. Рядом хлопотало несколько женщин. Готовят. В воздухе плыл вкусный запах каши и дыма.
