Изяслав полностью

зяслав (Димитрий) Ярославич, великий князь киевский — старший сын Ярослава I, великий князь киевский; род. в 1024 г. При жизни отца княжил в Турове. По завещанию Ярослава ему достался киевский стол и старшинство между князьями. По-видимому, И. не был любим киевлянами. В 1068 г. половцы стали грабить Южную Русь; киевляне обратились к И. с просьбой выдать им оружие. И., вероятно, не доверяя киевлянам, отказал им. Тогда они возмутились, освободили из темницы пленного полоцкого князя Всеслава и провозгласили его своим князем. И. бежал в Польшу и через семь месяцев с польским войском, под предводительством Болеслава, вернулся. Всеслав вышел против него с киевским ополчением, но с дороги тайно от войска бежал в Полоцк. Тогда киевляне обратились к братьям И., Святославу и Всеволоду, с просьбой помирить их с князем. И., хотя и послушался братьев, но послал в Киев сына Мстислава, который виновников изгнания И. перебил, частью ослепил. Неудивительно, что когда И. поссорился с братом Святославом Черниговским, и последний вместе с Всеволодом пошёл на него, киевляне не оказали поддержки вёл. князю. И. должен был вторично бежать. На этот раз ему пришлось искать пристанища в Германии у имп. Генриха IV, но император не мог оказать ему поддержки, не помог и папа Григорий VII, к которому И. посылал сына. Только в 1076 г., когда умер княживший в Киеве Святослав, и его место занял Всеволод, И. с польскими войсками пошёл на Киев. Всеволод добровольно вступил с ним в соглашение, отдал ему Киев, а себе взял Чернигов. И. погиб в борьбе с изгоями. Сын Святослава, Олег, и сын Вячеслава смоленского, Борис, не получившие от дядей уделов, бежали в Тмуторокань, а в 1078 г. привели половцев и выгнали из Чернигова Всеволода. Тот обратился за помощью к И. Недалеко от Чернигова на Нежатиной Ниве встретились войска И. и Всеволода с войсками изгоев. Произошла битва, в которой и был убит И. (3 окт. 1078 г.). Тело его погребено в церкви пресвятой Богородицы.

а полном скаку всадник вылетел на гребень холма и резко натянул поводья. Конь вздыбился.

Всадник смотрел из-под ладони на лежащий в долине город, на расписные терема, на крыши домов, на отвоёванные у степи зелёные полоски полей. Вся эта жизнь была не понятна ему, кочевнику и воину. Зачем людям строить города? Зачем целыми днями гнуть спины под палящим солнцем, заботясь о пропитании? Сын степей, он любил простор и пустоши, где много дарового корма для коня, где можно промчаться разрушительным ураганом, убить чужака, схватить добычу и спустя мгновение растаять в бескрайности.

Раскосые рысьи глаза воина жадно ощупывали раскрывшуюся перед ним картину. Он знал: там, за каменными стенами, много сытной пищи, блестящих звякающих вещиц, женщин и выносливых мужчин, которых можно сделать рабами. Они будут пасти табуны, исполнять всю работу. И люди его племени смогут отдыхать и веселиться, их пальцы не будут успевать очищаться от жира.

Пьянящ кумыс великих надежд, и горька полынь разочарования. Воин помнит, как умеют сражаться непонятные русичи. Они подобны трудолюбивым муравьям, когда спокойны. Они напоминают бушующую реку, когда разгневаны.

Но старые и мудрые воины говорят, что иногда в их князей вселяются боги безумия и раздоров. Тогда воины-русичи уничтожают друг друга, оставляя свои дома и своих женщин без защиты. И степь надвигается на города и селения, копыта коней вытаптывают полоски полей, ковыль прорастает на развалинах храмов.

Степь ждёт этого часа...

ПУСТЬ НЕ ДОЖДЁТСЯ!

Шесть человек продирались сквозь густые приднепровские заросли. Двое передних прокладывали дорогу, один из них держал наготове копьё для метания - сулицу. Его мягкая поступь напоминала поступь крадущегося барса. То и дело он подавал знак ватажникам - замрите! - опускался на землю, прижимался к ней ухом, слушал... Мошкара садилась на его лицо, и он досадливо отмахивался.

Здесь, у Днепра, от самого Подолия раскинулось киевское перевесище[1]. Между деревьями развешаны сети-перевесы для ловли птиц - тонкие, но прочные, сплетённые из конского волоса. На них ловчие разложили веточки с вкусными ягодами, насыпали зерно на листья.