- Ничего, мой дорогой, мама тебя в обиду не даст. Ты только не расстраивайся, хорошо?
Выписку помню плохо. Точнее, вспоминать не хочу.
Нам несколько раз сделали замечание, персонал на меня странно посматривал, а я не знала, куда деть глаза. Родственнички были радостными до такой степени, что забыли мне даже привезти цветы. Муж отказался в последний момент от фотографа. И нас с сыном фотографировали на телефоны, желающие подходили делать селфи. Я чувствовала себя до одурения глупо. Поэтому даже никому не позволила держать ребенка. Более того, попросила уборщицу вызвать мне такси. Она с сочувствием посмотрела на меня, но просьбу выполнила.
И я еду домой одна. Так как моего ухода никто даже не заметил. Но самое ужасное было впереди. Через час моего пребывания дома, к нам в «гости» ввалилась толпа.
Ребенок от шума расплакался, я вместе с ним. И, наверное, именно в этот момент я многое поняла. Во-первых, если я сейчас не остановлю это безобразие, то страдать будет мой малыш. Мой! Во-вторых, пора показать себя хозяйкой. Я только и делала до этого, что всем потакала. Хватит. Ну, в-третьих, мне просто хотелось выплеснуть весь свой негатив.
Прикрыла дверь и вышла в коридор. Свекор пьяной походкой направился ко мне целоваться, пришлось его отпихнуть.
- Праздник закончился, здесь я никого не жду!
Сказала громко и уверенно. На мгновение стало тихо. Ура! Как я ждала этого! Ти-ши-на!
- Уль, я стол накрывал! – муж неожиданно оказался рядом со мной.
- Я никого не приглашала, покиньте квартиру.
На меня посмотрели с негодованием. Еще бы, такой был замечательный шанс гульнуть, а я все испортила. Галдеж сменился на ворчание. Косые взгляды в мою сторону, по всей видимости, должны были пробудить во сне совесть. Но она задохнулась еще в роддоме от возмущения. Как только дверь закрылась, муж стал читать мне нотации.
- Спасибо за подарок, дорогой! Я единственная женщина, которой не подарили цветы, и которая уехала домой одна. Я так счастлива! Честное слово. Сразу видно – ты нас ждал.
Ребенок вновь расплакался, и я ушла в комнату.
Именно с этого момента вся моя жизнь круто изменилась. Точнее, для меня она изменилась именно в этот день.
Я перестала быть добродушной овечкой, превратившись в яростную стерву. Я не позволяла себя обижать, не позволяла оскорблять, не разрешала лезть ко мне с советами. Меня просто до дрожи в коленях добивали реплики родителей, которые, приходя в гости, вслух рассуждали о том, что я неправильно запеленала ребенка, не так приложила к груди. Держать нужно под таким углом, гладить вот тут.
Я очень культурно и прилично попросила не лезть. Советы, данные таким презрительным и надменным тоном, предложила оставить при себе. Если помощь будет нужна, обращусь.
После этого со мной перестали разговаривать мама, только сестра часто прибегала в гости то приготовить, то постирать. Я ей была в этом благодарна. Ведь могла выйти с коляской на улицу и хоть немного подышать воздухом. Только не знала, какую еще посильную помощь оказывает сестра моему мужу. Но на тот момент, я этого не видела и не знала.
Естественно родственников не пригласила на застолье ни через неделю, ни через две. Ни через месяц. Все претензии принимал муж, потом косо смотрел в мою сторону и старался помалкивать.
Свекровь часто забегала по вечерам – якобы помочь. И один раз она мне так хорошо помогла, что я буквально вытолкала её за дверь.
Тимофей, уже который день, мучился с коликами в животике. Засыпал плохо и исключительно на руках. И если его перекладывать в кроватку, то мгновенно просыпался. Свекровь заявилась в гости как всегда без приглашения. Стоило услышать детский плач, как она ворвалась в комнату и буквально вырвала из рук ребенка. А потом стала раскачивать его из стороны в сторону, словно маятник. У меня от этих движений голова закружилась. Не сложно представить, как чувствовал себя малыш. Тимоша расплакался еще сильнее, а я уверенно подошла к женщине и уже хотела забрать своего ребенка, да не тут-то было. Она вцепилась в маленькое тельце.
- Я сама! Иди!
Естественно ушла…, но только она. А потом вернулся муж. И столько я о себе узнала, что стало горько и до жути неприятно. Потом он, конечно, просил прощения, говорил, что погорячился. Но я для себя решила многое. Уже на тот момент.
Три месяца назад.
Ульяна.
Алла все чаще появлялась у нас дома. Я, конечно, говорила ей слова благодарности за помощь, но иногда ловила себя на мысли, что уж больно много тонкостей она знает о моей семье. Например, где хранится приправа для мяса, знает, куда нужно убрать контейнер для еды. И более того, знает, что Руслан любит делать на завтрак бутерброды с черным хлебом, а с собой на работу берет белый.
