Это чувство, наполненное древним страхом и яростью, пропитало каждую клетку моего тела. Во мне аккумулировались скрытые резервы, и я, сделав короткий вдох, схватила охотника за запястье руки, которой он удерживал меня. Сжала ладонь так сильно, насколько это было возможно, и интуитивно послала всю свою злость на врага. Охотник зашипел и от неожиданности отпустил меня, делая пару шагов назад, недоумённо разглядывая руку, которой он ещё секунду назад удерживал меня.
— Я не человек, охотник, — усмехнулась, выпрямляясь, чувствуя необъяснимую силу во всём теле.
Эти чувства… Совершенно новые для меня, опьяняли… Казалось, по моим венам растекается огонь, активизирующий все мои внутренние процессы, делающий меня сильнее, злее, бездушнее. Я уже сделала шаг к охотнику, как невидимой волной меня вжало в стену вновь, да так, что на какой-то момент от боли пришлось закрыть глаза, а когда распахнула их вновь, то увидела Киру, вонзающую кинжал в грудь седовласого, прямо в область сердца.
Я не видела лица девушки, но ощущала исходящие от неё волны ненависти и некого отчаяния. А вот я испытала некое разочарование от того, что меня вновь оставили не у дел. В следующий момент Хранительница подняла руку, создавая заклинание, и оставшегося охотника, сражавшегося с Арсением, отбросило в прихожую.
— Теряешь навыки, Белорецкий? — едко прошипела блондинка, доставая кинжал из груди убитого ею охотника, а после идя к выходу, туда, где сейчас тихо постанывал противник.
— Не ты отбивалась сразу от троих охотников, — холодно произнёс в ответ мужчина, срывая с себя остатки разорванного джемпера, а после резко поворачивая голову в мою сторону.
Под столь сканирующим цепким взглядом не могла пошелохнуться, ощущая себя точно под лупой. Арсений проверял меня на наличие ранений, но моя одежда была потрёпана, кое-где порвана, да и разглядеть под ней ушибы было довольно-таки проблематично. И всё же…
— Я в порядке, — ровно произнесла, слегка кивнув.
Без понятия, как мне удалось сделать пару шагов вперёд. Я словно держалась на адреналине, а стоило оборотню оказаться рядом, обнимая меня, как ноги тут же подкосились, и я чудом избежала соприкосновения с полом.
Мужчина прижал меня к себе в каком-то отчаянии, тут же зарываясь лицом в волосы, спускаясь ниже и жадно вдыхая запах в районе шеи. Объятия становились крепче, и меня уже вжимали в мужское тело с такой силой, что было трудно дышать, но я и слова не сказала, прикрывая глаза, и вдыхая мужской запах. Сейчас, для меня это было сродни спасению, чувству защищённости. Мы были повязаны с оборотнем. Для него моя смерть означала конец всему, а для меня…
Не знаю. Но то, что присутствовало некое сожаление — факт. Нам следовало о многом поговорить, а сейчас обстоятельства словно отнимали столь драгоценное время.
— Ты ранен, — тихо произнесла, едва провела ладонью по литым плечам и ощутила под пальцами порез с уже запёкшейся кровью.
— Пустяки, — коротко выдохнул мужчина, уже не сдерживаясь, оставляя горячий поцелуй на шее в районе метки, а у меня от этого искры перед глазами заплясали, и уже знакомый жар моментально охватил всё тело, концентрируясь внизу живота.
— Оставь брачные игры на потом, волк. У нас серьёзная проблема, — прошипела неподалёку Кира.
На меня словно ушат с холодной водой вылили, и я открыла глаза. Арсений немного отстранился, всё же напоследок оставляя короткий поцелуй на губах, а после, придерживая за талию, довёл до дивана, помогая сесть.
— Ты оставила в живых пешку, Кира, а главаря убила. Нелогично, — резюмировал жёстко оборотень, отступая от меня и подходя к острову, на который Хранительница успела забросить несопротивляющееся тело выжившего охотника.
— В том и суть, Белорецкий. На пешек не обращают внимания: ни враги, ни их хозяева. Их используют в качестве пушечного мяса, совершенно забывая, что даже у таких сошек есть глаза и уши.
— И им не доверяют все секреты, — попытался укольнуть мужчина блондинку, на что та лишь скептически приподняла бровь, после чего положила ладонь на грудную клетку врага, и тот вмиг напрягся, стиснув зубы.
«
Хранительница склонилась над охотником так низко, что он мог спокойно укусить её за лицо, если постарается. И я видела, как губы блондинки едва заметно размыкаются и начинают произносить слова, которых мне услышать не было дано. У меня произошёл «
