Как назло, жемчуг достать даже в столице не получилось. Собственно, с остальными видами крудов была примерно такая же ситуация. Война на носу. Торговля ценными ресурсами и магическими зельями практически умерла. Духи, чернила, алые лечебные зелья если и появлялись в продаже, то цены за них ломили космические.
Полагаю, дефицит теневого сырья — одна из причин вызова меня в столицу. Карл не сомневается в том, что я разграбил сокровищницу сапфировых. Кроме того, вряд ли он думает, что мои походы в Тень были неудачными. В общем, король с нетерпением ждет меня, чтобы наложить свою царственную лапу на мою добычу.
Закончив с осмотром каркаса ядра, я приступил к проверке всех энергоузлов. Все последние месяцы, помимо основного экперимента, я устраивал своему организму регулярные испытания на излом — доводил себя до предела, чтобы заранее увидеть, где проходит граница его прочности и на что я могу расчитывать в бою.
И как показали испытания, рассчитывать я могу на многое, но, увы, для схваток с такой сущностью, как тот же Кхалдрекар, придется держать организм на пределе сил. Против двоих таких монстров я просто физически не потяну. Моя энергосистема сгорит от перенапряжения.
В общем, испытания показали мои лимиты. На данный момент, запасов моей собственной маны хватает примерно на дюжину плетений средних размеров. Далее подключается заемная энергия из крудов. Большая часть идет на плетения, а малая постепенно перерабатывается в золотую ману. Таким образом, самая главная нагрузка ложится на энергоканалы.
В подземном храме, вытягивая из гигантского круда ману, я, можно сказать, прошел по краю. Маленький шажок в сторону — и каналам пришел бы конец. Как, собственно, и этой физической оболочке.
Сложности в тот день добавляла бурая мана. Да, она одна из самых концентрированных, но также она — самая «упрямая» и неподатливая. Именно поэтому она — лучший материал для артефакторики. Мне приходилось трансформировать ее в «золото» на ходу, постепенно пережигая свои маноканалы.
Помимо золотой, идеальная мана для сражений — это, конечно же, лиловая. Я могу формировать из нее атакующие и защитные плетения напрямую. Ну а если понадобится быстрая трансформация, этот процесс протекает мягко и с меньшей нагрузкой на маноканалы.
Благодаря этим свойствам, моя энергосистема может выдержать формирование еще дюжины средних атакующих и защитных плетений. Итого, вместе с моим собственным запасом, если сильно напрячься, почти три десятка заклинаний. Больше — уже работа на излом. Чревато фатальными разрывами энергоканалов и энергоузлов, а также разрушением каркаса источника.
Алая, изумрудная и янтарная мана перерабатывалась моим источником быстрее, чем бурая, но в процессе модификации были большие потери в энергии. Примерно — двадцать процентов. А изумрудной — так и еще больше. Она самая, скажем так, «легковесная» из всех.
— Начинаем, — сухо бросил я и потянулся к источнику. Надеюсь, в этот раз получится.
Моя аура расширилась, поглотив сразу все круды.
Сформировав плетение щита, я начал постепенно вливать в него ману из своего источника. Зафиксировав поток, потянулся к ближайшему гибриду.
Камень, как всегда, откликнулся нехотя. Привычно продавив его сопротивление, я зачерпнул из него небольшой сгусток энергии и вплел его в структуру своей ауры. Гибрид, в отличие от обычного бурого круда, благодаря золотым прожилкам, реагировал на мои манипуляции с большей готовностью.
Удостоверившись в том, что поступление маны стабильно, я подобным способом начал подсоединять к своей ауре остальные кристаллы. Так как это уже был, кажется, двадцатый по счету экперимент, мои действия были доведены до автоматизма.
Первые опыты без проблем не прошли. Изначально я вытягивал ману из крудов с помощью магических отростков, но такой способ хорош только в том случае, когда необходимо опустошить круд или другой источник быстро и за короткий срок. Магический отросток не способен выдерживать напряжение потока долгое время.
Первый такой опыт закончился непроизвольным высвобождением энергии. Благо, мы были готовы к подобному развитию событий. Льюнари довольно проворно перенаправили этот всплеск в руны поглощения и рассеивания, которые были нанесены мной и Ивонн.
Когда я обратился за помощью к Мадлен, ведьма порекомендовала мне свою любимицу, сказав, что лучше Ивонн в ковене с рунами никто не управляется.
Насытившись маной и стабилизировав тем самым каналы, аура начала постепенно отдавать энергию в источник. Тот начал спешно перерабатывать ее в золотую энергию, которая на выходе поступала в щит.
Я распределял ее медленно, чтобы не перегрузить кромку. Конечно, в бою все происходит не так сложно и в несколько раз быстрее. Но я сейчас не в бою. У меня другая задача.
Плетение постепенно уплотнялось: сперва янтарная дымка, затем матовый ореол, а после — плотная ажурная полусфера, пронизанная решеткой из толстых жгутов. С каждой секундой купол светлел, утяжелялся и становился плотнее.
