Она стоит у плиты и нервно теребит в руках полотенце. Передо мной - тарелка с ароматными блинчиками, но у меня совершенно нет аппетита. Пропал, как только переступила их порог и увидела ее настрой.
Не зря я не хотела говорить им о разводе… Да, они все равно узнают, но лучше, если это было бы поздно.
Моя мамочка - добрая, ласковая, заботливая. Ровно до того момента, когда все идет по ее правилам. Но как только делаешь опрометчивый шаг в сторону, она превращается в грозного следователя и не успокоится, пока не вытянет из тебя всю правду.
- Значит, в порядке все у вас? Не стыдно матери врать? А то я не вижу, что у вас что-то произошло.
- Ладно, - покорно соглашаюсь я. - Произошло. Мы разводимся.
Мама взмахивает руками, охает и опускается на стул.
- Как же так, доченькая? Все ведь было хорошо…
- Ну значит, не все, раз решились на развод.
Мама молчит, сидит, сцепив пальцы в замок, взгляд бегает по мне, будто надеясь найти ответ.
- А вам обязательно разводиться?
Ее тон с испуганного сменился на деловой.
- Конечно! - говорю как можно тверже, но ее мой настрой не убеждает.
- Я тебя не понимаю… - тянет она. - Уходить вдруг от мужика, который нормально зарабатывает, содержит вас. В отпуска вон вечно возит.
Ага, содержит. Давно ли начал?
- Значит, так нужно.
- Да почему нужно-то? Что у вас такого страшного произошло, что ты сразу побежала разводиться?
Мама встает и начинает нервно вышагивать по кухне.
- Он тебя ударил? Скажи, ударил, да? - она наклоняется и заглядывает мне в лицо. - Мне-то можешь правду сказать!
Я отрицательно качаю головой, чувствую, как на глаза наворачиваются слезы. Мне очень хочется заплакать, но я сдерживаюсь. У нас с мамой уже давно нет тех доверительных отношений, которые были в детстве.
Мне бы очень хотелось рассказать ей, как Яр накануне вечером пытался меня поцеловать, а я отшатнулась, оттолкнула его, хотя мне безумно хотелось обнять его, спрятаться, зарыться в нем, быть с ним.
Но я не могу заставить себя к нему прикоснуться. Хочу, но не могу. Как и не могу посвятить маму в свою проблему.
В мою память четко врезалась сцена, после которой я перестала делиться с ней наболевшим.
Я училась в седьмом и впервые была влюблена. Она знала об этом, и каждый вечер выпытывала новые подробности: как посмотрел, что сказал, писал ли записочки и прочие мелочи, который были на тот момент для меня важны и составляли мой мир.
В школе отменили последний урок, и я спешила домой обрадовать ее, что мы сможем побыть вместе и посмотреть кино, как она и хотела. У нее как раз был выходной.
Мама не слышала, как я вернулась, а вот я четко разобрала слова, доносившиеся с кухни.
- Я думаю, он вообще не в курсе, что она втюрилась в него.
Раздался женский смех - у нее были гости, пара подружек, если не больше.
- Бегает за ним как чумная. А что ей светит-то? Пигалица ж еще. К тому же в папаню рыжая и конопатая.
Мои чувства, которые я так бережно хранила и оберегала, она назвала грубым “втюрилась”. Мое внимание, тайные взгляды и мечты - тем, что я за ним “бегаю”, но мне ничего “не светит”, потому что у меня редкий цвет волос и веснушки на лице?
- Ну, Светк, ты сама посмотри, где Лешка твой и где моя Маринка. На что она рассчитывает? Я, конечно, говорю ей, что она у меня умничка, и он обязательно обратит на нее внимание. Но это ж бред.
Смех стих. Даже я, “пигалица”, понимала, что мать перегнула палку.
- Кто их знает, как у них сложится-то, - раздался голос мамы парня, в которого я тогда была влюблена.
Я стояла в коридоре и беззвучно рыдала. А потом вышла и пришла спустя два часа. Гостей, которые унесли с собой мои секреты, у нас уже не было.
Зато мама встретила меня улыбкой и требованиями выкладывать очередные подробности.
- Я его больше не люблю, - грустно ответила я.
- Как? - мама разочарованно охнула. - Так же прекрасно все складывалось!
- Разлюбила, - я пожала плечами и закрылась в своей комнате.
К утру у меня поднялась температура под сорок, и я неделю провалялась с ангиной. Когда на трясущихся ногах пришла в школу, Лешка кивнул “привет” и попросил за шоколадку списать тест по английскому.
Мы общались, как обычно, и я так и не узнала, то ли его мама не стала дальше делиться сплетнями, то ли он проявил деликатность.
А еще я поняла, что на самом деле его разлюбила…
С мамой с тех пор не делилась своими переживаниями, влюбленностями и прочими тайнами. Так мне было спокойнее. Она не оставляла попыток вытянуть из меня девичьи секреты, но я стойко держалась.
Вот и сейчас она терзает меня одним и тем же вопросом - “Почему мы разводимся”. Повторяет его все более настойчивым тоном. Ну чисто матерый следователь.
Прощаюсь и иду к выходу, но мама проявляет недюжинную прыткость - юркает мне под руку и перегораживает проход.
- Не пущу! - твердо заявляет она. - Пока не скажешь причину.
- Хорошо, - устало вздыхаю. Мне надоело с ней бороться, я хочу просто уйти, поэтому признаюсь, что он мне изменил.
- Любовницу завел? - настороженно интересуется.
- Нет. Просто изменил.
