— Ярослав Андреевич, здравствуйте, — приветствует меня Элла. — Там шейх звонит, хочет поговорить.
Блин, вот же привязался со своими письмами дурацкими.
— Ты узнала, как сделать справку о несудимости?
— Да, проще всего через госуслуги. Но её ждать несколько дней придётся и забирать в инфоцентре МВД. Там будет указано, что у вас нет судимостей, в том числе снятых, и что сейчас против вас не возбуждено никаких дел.
— Отлично, — киваю я. — Делай.
— Так вам... — она запинается.
— Что ещё?
— Вам самому придётся... Это же через личный кабинет.
Ещё этой хренью заниматься...
— Ладно, — бросаю я и иду к себе.
— Ярослав Андреевич, — окликает она меня.
Ну что ещё! Я останавливаюсь и оборачиваюсь к ней.
— А шейху-то что сказать?
— Элла, почему ты спрашиваешь каждый раз одно и то же? Зови Олега своего Эммануиловича. Он же переводчик у нас, правильно?
Она краснеет и молча кивает.
— Скажешь, когда будете готовы, — киваю я и захожу в кабинет.
Мама всю печень выклевала, но по большому счёту, не так уж она и неправа, если отбросить эмоции и её оценочные суждения, так сказать. Сам я довёл ситуацию до такого. Можно было бы перераспределить финансы так, чтобы Марине не нужно было столько работать. А меня устраивало, что она не просит денег и сама крутится, решая бытовые проблемы.
Собственно, я на неё всё свесил, а потом ещё был недоволен, что у неё сил не остаётся. Скотина эгоистичная. Носился со своим бизнесом, а семью забросил. Права мама, поэтому и бесят её слова. Только виноват я сам, а не Маринка.
Она пыталась вывозить, как могла, молча, без ропота... а я вот так её отблагодарил... Мало того, что сел ей на шею и ножки свесил, так ещё и на бабищу эту подлую залез.
— Ярослав Андреевич, мы готовы, — заглядывает Элла.
Я выхожу в приёмную и вижу на экране не одного, а целых трёх шейхов в белых одеждах и с медовыми улыбками на устах. Никогда не поймёшь, что у них на уме, многоженцы хреновы...
После того, как я осталась без работы в языковом центре, у меня появилось много времени для размышлений.
Первая и основная мысль, которая беспокоила меня больше всего – стоит ли идти к психологу. С каждым днем моя уверенность в том, что можно хотя бы попробовать, росла все сильнее.
Если мне не понравится, я могу просто встать и уйти. Да, так и сделаю!
Хуже, чем я ощущаю себя сейчас, вряд ли будет.
И вот я сижу в светлом кабинете с бежевыми стенами. За окном шумный город, а в помещении тишина, мягкие кресла и приятная дама напротив.
Я говорю, говорю, говорю… Она молча слушает и лишь изредка кивает.
- Чего вы хотите? Какой результат разрешения конфликта вас устроит?
Вопрос ставит меня в тупик. Я хочу того, чего быть никогда уже не сможет. Я хочу нашу семью, но до измены. Хочу просто вернуть все обратно.
Не могу признаться ей в своем желании, поэтому начинаю лепетать про то, что ребенку нужен отец, что они хорошо общаются и Ярослав предлагает «делить» Анюту по дням или неделям.
- Марина, - мягко перебивает меня психолог. – Я спросила, чего хотите лично вы. Давайте забудем про измену и все, что было раньше. Попробуйте представить и описать вашу идеальную жизнь, не привязываясь к прошлому. Чего вы хотите?
- Семью, - вырывается у меня. – Хочу назад свою семью. Чтобы не было никакого разлада, измены, ссор и расставаний.
- Опишите, - направляет она меня. – Например, ваш обычный вечер.
Я откидываюсь и утопаю в мягком кресле, закрываю глаза и начинаю представлять.
- Мы живем в нашей квартире, оба работаем. Я забираю Анюту из садика, мы приходим домой раньше Яра и начинаем готовить ужин. Муж по дороге домой заезжает в магазин и покупает к чаю свежую выпечку. Мы ужинаем, а потом смотрим вместе фильм. Или отправляемся в парк на прогулку. Мы достроили наш загородный дом и по выходным выбираемся туда. Приглашаем друзей, устраиваем праздники, Анютка с другими малышами плещется в бассейне, Яр жарит шашлык, улыбается и подмигивает мне.
Такие простые радости, но это – именно то, чего мне хочется больше всего на свете.
Я рассказываю и на моих глазах наворачиваются слезы. Они текут по щекам, но я их не вытираю и не пытаюсь скрыть. Мне горько, мне до ужаса, до щемящей боли в сердце больно. То, что у меня было, то, что я не ценила, потеряно навсегда. Картинка, которую я представила, нереальна для нашей семьи.
Потому что семьи больше нет.
Нас – больше нет.
- Я никогда не смогу его простить… - обреченно шепчу я.
- Не сможете. И никогда не простите.
Она говорит так буднично, что я вздрагиваю от ее тона и жестокости ее слов. Вердикт психолога окончательно разбивает мои надежды. Нас больше нет…
Глава 48. Новый первый шаг
— Хабиби! — начинает мой шейх.
Это явное проявление дружбы и любви. Он говорит много, прикладывая руку к сердцу, а его компаньоны постоянно кивают.
